Я продолжил рубить мечом, расширяя и углубляя проделанное отверстие. Ещё часть гирлянд рухнула вниз, сотрясая шахту сериями взрывов. Вполне терпимо, продолжаем в том же духе. После десятого удара дыра в трубе составила четверть её окружности. Возможно мне показалось, но труба начала деформироваться. А нет, не показалось, площадка с моей стороны совсем немного просела вниз. Надо рубить цепочки, стараясь больше не расширять отверстие в трубе.

Прорубленная щель в трубе немного расширилась и у меня получалось прицельно бить именно по сплетённым цепочкам. С каждой новой порцией пересечённых проводников раздавались серии взрывов внизу, обдавая площадку жаром, уже было жарче, чем в финской сауне. Если я правильно оцениваю нанесённый ущерб, больше половины проводников пересечено. В каверне уже было невыносимо жарко, пот заливал глаза. Жаль, что в броне паладина не предусмотрена система охлаждения, как в скафандре. Надо будет закинуть в НИИ рацпредложение.

Я продолжал рубить цепи, надо спешить. Если сейчас высшие тёмные ринутся в подземелье, моим друзьям конец. А я всё ещё пытаюсь прервать связь раскалённых кристаллов с другими, что находятся в башне и генерируют щит. Теоретически, энергии уже должно не хватать, жаль нет возможности это проверить.

Я начал рубить с удвоенным рвением, но вскоре остались лишь те проводники, которые располагались вдоль стенок огромной трубы и срубить их, не нарушая целостности стенок трубы, не представлялось возможным. Ещё раз оглянулся на балкон и мостики, если что, смогу допрыгнуть. За несколько ударов я сократил остаток целой стенки до минимума, не больше, чем полметра. Площадка начала крениться в сторону, трубу перекосило. На фоне продолжающегося рокота и взрывов внизу от разрушения кристаллов, это выглядело особо зловеще. Оказаться на дне этого инфернального колодца мне совсем не хотелось, и не пожил ещё толком в шкуре воина света.

Влил в клинок силы по максимуму, надо добить одним ударом и валить отсюда. Стоило мне как следует замахнуться, как площадка начала проседать, а труба начала разрушаться под собственной тяжестью. Значит она внизу в пол не упирается? Походу нет. Площадка продолжала крениться, труба деформироваться, а жара снизу поддавало всё больше. Резким ударом я расхреначил оставшийся перешеек и рванул к мостику, сунув «Громовержца» в ножны.

Железный пол под ногами резко ухнул вниз, я едва успел зацепиться за перила мостика. Надо было прыгать сразу на балкон, но я почему-то у себя в голове нарисовал, что площадка полетит в бездну, а мостик повиснет на краю балкона и я по нему как по лестнице заберусь наверх. Только всё пошло не по плану, мостики к площадке были фиксированы гораздо крепче, чем к балкону.

Вся металлоконструкция с ускорением полетела в тартарары, страх сдавил всё нутро стальными тисками, а я от неожиданности сиганул куда глаза глядят. И какого хрена я не проверил крепления, а? Паладин-продуман, блин. От сорвавшейся в крутое пике платформы трудно хорошо оттолкнуться, и я сразу понял, что до балкона не долечу.

Если бы я хлопнулся всем телом о стену колодца, то отлетел бы назад, а дальше — поминай, как звали. Получилось так, что до стены я долетел уже падая вниз. Пальцы, закованные в тонкие, но невероятно прочные бронированные перчатки, проскребли пару метров по чётко подогнанным друг к другу камням и просто чудом зацепились за небольшую выщерблину. На ней я и повис, как новогодний шар на ёлке. Снизу пёрло таким нестерпимым жаром, что было невозможно дышать. Металлоконструкции рухнули на дно, взметнув вверх волну ещё более горячего воздуха. Я задержал дыхание и зажмурился, чтобы не ослепнуть. Надо было бы врубить энергетический щит доспеха, он смог бы меня хоть как-то защитить, но сейчас об этом поздно вспомнил. Единственное, что смог сделать — направить к лицу и шее потоки энергии, сделав их твёрже камня, надеясь, что это поможет.

— Па-а-а-ш-а-а-а! — раздался откуда-то сверху душераздирающий вопль Кэт.