— Петрович, — по простому обратился Аристарх к архитектору, которого я только что поставил на пол, — закрой что ли дверной проём кирпичами, а то мы все замёрзнем здесь, пока за нами приедут.

— А вы им хоть сообщили, что нас пора забирать? — спросил тот, пытаясь угомонить стук зубов. Кирпичные стены уже пришли в движение, загораживая проход.

— Только что, — кивнул Ридигер. — Надо минут пятнадцать продержаться. Кто-нибудь может завести эти генераторы? Хоть от них можно будет согреться.

— Я так понимаю, вы в этом не особо нуждаетесь, — хмыкнул я, глядя как от него поднимается пар, и одежда высыхает прямо на глазах.

— А я и не для себя прошу, но всех согреть даже я не смогу.

— Я могу завести эти движки, — подал голос разведчик, которого я лечил в подземелье.

— Так приступай, не трепи языком! — рыкнул на него Аристарх.

Через минуту заработал первый генератор, потом второй, все подошли к ним поближе, прижимая руки к медленно нагревающемуся железу. Не все маги обладают способностью вырабатывать столько тепла, чтобы согреться и высушить одежду в такой мороз.

Я немного смог согреться, но тоже прижался к двигателю, чтобы угомонить адский озноб. Это мне ещё повезло остаться сухим, промокли только ноги. Их я и старался в большей степени согреть, прислоняя к нагревшемуся двигателю по очереди. Я и мой отряд могли бы сразу пойти к своему вертолёту, который стоял на крыше прямо над нами, но решил для начала согреться и подождать, когда приедут за остальными. Уходить так вместе.

— Покажи-ка свой амулет, который мы вместе делали, — спросил Аристарх. Я отковырял из-за пазухи артефакт, который хоть немного меня согревал всё это время, пока забирал на себя хренову тонну энергии от убитых тварей и десятков тёмных магов. — Ого, наполнен почти под завязку. Хорошую грелку ты себе завёл. Летите отсюда сразу в Костино, в учебку. Распределите опыт и возьмёте ступени под присмотром. В кои-то веки первый раз в спокойной обстановке.

— Да, пожалуй, так и сделаем. Сессия закончена, впереди каникулы.

— Про каникулы ты зря вспомнил. Князь Преображенский так и не уничтожен, так что расслабляться не стоит.

— А никто и не расслаблялся. Как только его найдут, прилетим и убьём. Но, сначала надо хоть немного отдохнуть.

— Имеете право. Петрович, делай выход, нам пора валить отсюда, сказал Ридигер, приняв одному ему известный сигнал.

Ну вот и славно, я запрыгнул на крышу, завёл двигатель вертолёта, несколько минут на прогрев и посадил птичку на площадку чуть дальше двух подъехавших прямо к зданию вездеходов так, чтобы не мешать им развернуться и уехать. Включил отопление на полную, мои бойцы запрыгнули в кабину и первым делом полезли потрошить съестные припасы и термосы с чаем. Ну, пока, Байкал. Жаль, что приходится улетать не солоно хлебавши, надеюсь это мы скоро исправим.

Георгий Александрович, Надежда Сергеевна и ещё несколько человек встречали нас на вертолётной площадке. Интересно было наблюдать их смятение, когда по непонятным для них причинам снег вихрем взметнулся, а вертолёта не видно и не слышно. Я настолько устал от приключений, что забыл их об этом предупредить. Зато насколько эффектным было моё появление из пустоты, когда я шёл к встречающим сквозь клубы потревоженного снега.

— Прошу простить, — сказал я Георгию Александровичу, протягивая ему руку, — забыл рассказать об особенностях нашего нового транспортного средства.

— Это хотя бы что? — спросил учёный, глядя, как оседает снег.

— Вертолёт. На него установлена разработанная тёмными система невидимости, а сам аппарат адаптирован для транспортировки паладина, на что способна далеко не вся авиация.

— Теперь понятно. Идёмте в лабораторный корпус, несмотря на то, что у нас слишком раннее утро, для вас приготовили завтрак, там и поговорим.