В комнату вошла Сэйди:

— Я пошла гулять.

— Никуда ты не пойдешь! — закричала Мэйбел. — Во всяком случае, не с этим черным ублюдком!

Сэйди беззаботно рассмеялась:

— Ты так орешь, мама, что тебя на другом конце города слышно. Что ты сделаешь, остановишь меня? — Она в открытую издевалась над матерью.

— Я не шучу, Сэйди.

Сэйди вышла из комнаты, и Мэйбел поняла, что окончательно потеряла контроль над дочерью. Она в отчаянии смотрела, как ее очаровательная девочка садится в машину местного криминального воротилы Патрика Коннора. Он погубит ее без малейших угрызений совести, но Сэйди слишком глупа, чтобы понимать это. Если бы ее муж не бросил их с Сэйди, он запретил бы сейчас дочери шляться по мужикам. Но он был где-то на севере со своей любовницей, девушкой всего лет на десять старше Сэйди. Что ж тут удивительного, если девчонка встречается с Патриком Коннором? Он предложил ей все, чего она была лишена в жизни, а она слишком молода и наивна, чтобы понимать, что за все приходится платить.

Алан Джарвис увидел, как Мария подъехала к офису на «мерседесе» Микки, и сердце его упало. Микки, по всей вероятности, заехал за ней в общежитие, а значит, между ними продолжаются какие-то отношения. Микки жил за городом, в Эссексе, и однажды он сказал, что не поднимется с постели меньше чем за десять килограммов дури. Теперь он поднялся с постели, чтобы довезти до работы женщину.

Увидев их вместе, Алан разозлился. Что такого есть в этом Микки Девлине, чего нет в нем? Все последние дни он постоянно задавался этим вопросом. Ему было плевать на репутацию Марии: проститутка, воровка, наркоманка, убийца… Он все на свете отдал бы, чтобы она только раз взглянула на него как на мужчину. Он постоянно думал о ней, и, по всей видимости, то же самое происходило и с Микки. Увы, Девлин слишком крут для него. Будь это кто-нибудь другой, он бы попытался отбить ее.

Мария, должно быть, совсем чокнулась, если полагает, что сможет справиться с Микки Девлином, величайшим отморозком всех времен и народов. Но больше всего Алан беспокоился за нее. Девлин никогда и ничего не делает бесплатно, и цена обычно очень высока.

— Мария, обещаю тебе, я сделаю все, что в моих силах. Ему предъявят обвинение, затем поместят в следственный изолятор. Не вижу возможности договориться, чтобы его отпустили на поруки, особенно в Суде Магистратов. Все знают тамошних перестраховщиков. Посмотрим, как пойдут дела в Высоком суде. Если и там ничего не получится, мы направим запрос, чтобы дело разбиралось в Кабинете судьи, но пока не слишком обольщайся, договорились?

Мария кивнула.

— Не могу поверить, что папа смог такое совершить, — сказала Мария. — Убить Пити! За этим поджогом стоит Карен, а вовсе не ее бедный муж.

Микки тоже был абсолютно в этом уверен, но сказал:

— Пити это заслужил. Думаю, твой отец правильно поступил. Я сделал бы то же самое, если бы кто-то поджег дом моей семьи. Такое нельзя спускать! Если имеешь дело с отморозками, нужно быть еще большим отморозком. Так устроен мир. Во всяком случае, наш мир. А теперь не волнуйся, я позвоню своему адвокату и посмотрю, что можно будет сделать. Если его посадят в «Билль», у меня есть там пара ребят, которые смогут облегчить ему жизнь, договорились?

Микки ласково приподнял ее подбородок и поцеловал в губы.

— Спасибо, Микки, — ответила Мария. Она вышла из машины и пошла в офис.

Алан встретил ее сочувственной улыбкой.

— Я слышал о твоем отце, Мария. Мне очень жаль.

Она включила компьютер и принялась за работу.

Алан настороженно изучал ее.

— Как Микки? Хорошо провели время?

— Да, спасибо, Алан.