Они остановились на стоянке, и он обнял ее.

— Я люблю тебя, Тифф. Ты единственная, кого я люблю. И ты знаешь это.

Она печально кивнула:

— Я очень сержусь на тебя, Пэт, ты заставляешь меня быть проституткой. У меня есть работа, и мне совершенно не нужно трахаться с кем-то еще. Понимаешь, я не хочу его.

Он крепче притянул ее к себе и сказал:

— Ты хороший человек, Тиффани. И также очень хорошая маленькая мама.

Все ее тяжелые мысли мгновенно улетучились. Теперь он снова был ее Патриком.

— Взбодрись, Тиффани, — сказал Пэт и протянул ей дозу героина.

Это была очень большая доза, больше, чем обычно, и она тут же почувствовала необыкновенную легкость во всем теле. У нее было такое ощущение, что еще чуть-чуть — и она улетит, как маленькое облачко. Она откинулась назад, на подголовник, и медленно выдохнула. Патрик прикоснулся к ней губами и так отчаянно стал работать языком у нее во рту, что она буквально вся задрожала от возбуждения. Это было то, чего она так хотела.

Еще несколько недель, думал Патрик, и она ради дозы героина пойдет на все. Ей придется работать по-настоящему, чтобы получить героин. И вот тогда он действительно будет иметь с нее хороший навар. Он вытащит ее на улицу, и она будет работать исключительно для него.

Патрик улыбался, когда они отъезжали со стоянки. Тиффани будет всего лишь очередной машиной по зарабатыванию денег, проституткой, которую он будет посещать два раза в день, чтобы дать ей новую порцию героина и забрать у нее наличные.

Патрик оставил ее в квартире Лероя и уехал по делам. Он прекрасно знал, что ее ожидает, но даже и не подумал предупредить ее. Тиффани была для него просто товаром, который использовал и он сам, и другие.

После визита к Тиффани Мария и Кэрол Холтер сидели в пабе. Мария с трудом подавляла в себе желание выпить и тем самым хоть немного снять напряжение.

— Выпей, Мария. Немного виски не повредит тебе, — уговаривала ее Кэрол.

— Мне надо вернуться в больницу. Если они узнают, что я самовольно покинула ее…

— Да наплюй на них. Ну как они узнают?

Мария отпила из бокала. Алкоголь ударил ей в голову, и на глазах выступили слезы.

— Кол, я никогда не думала, что увижу ее такой. Я уверяла себя, что она нормальный человек и живет полноценной жизнью, мальчики, ну и все такое. Я представить себе не могла, что она свяжется с ним, что он будет тянуть ее в пропасть так же, как делал это со мной.

Сделав два больших глотка, она допила содержимое. Ее руки дрожали, голова болела, казалось, что она вот-вот разорвется на части. Мария взглянула на часы, которые показывали без малого девять, и встала. Она прекрасно знала, что если не устоит, то упьется до бесчувственного состояния.

— Мне надо идти, Кол. Я все-таки надеюсь, что они не вычислили меня. Я свяжусь с тобой завтра. И я хочу, чтобы завтра ты рассказала мне все, что тебе известно, всю правду, ты поняла меня?

В ее словах чувствовалась скрытая угроза. Кэрол уставилась в свой бокал и не смела взглянуть подруге в глаза.

— Перед тем как ты уйдешь, Мария, — заговорила Кэрол, — я хочу, чтобы ты знала. Карен Блэк все еще не успокоилась. Я видела ее и ее напарниц. Они снова что-то замышляют. Ты же прекрасно знаешь, на что она способна, поэтому будь осторожна.

Мария тихонько рассмеялась:

— Ты знаешь, двенадцать лет я только и делала, что оглядывалась назад. Так что это уже своего рода привычка.

Она вышла из паба и остановила такси.

Тиффани сразу понравилась Лерою. Так как он сам был необычайно худ, ее стройность привлекала его. Она смотрела на него глазами, которые застилал туман.