— Не бойся. Я тебе ничего не сделаю, я просто хочу поговорить.

— О чем? — сглатывая слюну, спросила Мария.

Джейни пожала плечами:

— Не знаю даже.

Она села рядом с Марией и, открыв большой пластиковый пакет, вытащила оттуда термос с чаем и несколько бутербродов.

— Я делаю это каждый год. Прихожу на кладбище и убираю их могилы, смотрю, как здесь дела. Похоже, сегодня ты сделала работу за меня. Я всегда прихожу, когда погода солнечная. Каролина вон там, рядом.

Мария не ответила ей, она просто настороженно наблюдала, ожидая нападения, которое казалось ей неминуемым.

— Бедная Бетани. Да и ты тоже, и Каролина, ничего вы в своей жизни не видели. Думали, что вы такие умные, с этими вашими наркотиками и распутством. И куда это привело всех вас, а? Теперь твой отец угрожает всем пушкой, Карен, жирная тупая корова, за решеткой, а ты думаешь, что против тебя весь мир ополчился.

— Что это значит — мой отец угрожает пушкой?

Джейни внимательно посмотрела на Марию и поняла, что та действительно ничего еще не знает.

— Разве ты не слышала, как он хотел прикончить Пити? Напугал этого жирного борова до смерти. А ты хорошо выглядишь, Мария, молодо. Думаю, это оттого, что ты сидела себе в тюрьме и не было у тебя настоящих проблем, которые расписали бы твою рожу морщинами…

Джейни страдала ожирением и выглядела намного старше своих лет. У нее был вид женщины с неудавшейся судьбой, у которой слишком много детей и слишком мало свободного времени. Ее когда-то блестящие каштановые волосы висели безжизненными жидкими прядями и явно нуждались в помывке, голубые глаза выцвели, а дряблая кожа покрылась пятнами.

Она заметила, что Мария ее рассматривает, и улыбнулась. Даже зубы ее выглядели серыми, причем нескольких не хватало.

— Просто я вышла замуж за Стиви Бейли. — Джейни произнесла это извиняющимся тоном, будто объясняя, почему так выглядит. — Вонючий козел, вот он кто. Я иногда даже завидую Бетани и Каролине. Всегда молодые, всегда их вспоминают с любовью.

Она налила им обеим чаю, и Мария с благодарностью взяла свой стаканчик. Какое-то время женщины молча пили чай, прислушиваясь к звукам вокруг себя, к шуму на шоссе, глядя на скорбящих людей у свежих могил.

— Скажи, почему ты это сделала? — спросила вдруг Джейни.

Мария пожала плечами.

— Я действительно не знаю, Джейни, — сказала Мария. — Я раз за разом прокручиваю в памяти события того дня и не могу выделить ничего, что могло бы послужить причиной. Полагаю, я ничего не соображала. Думаю, мы дрались. Это было обычным делом. У нас ведь была репутация драчуний. Мы все три стали настоящими суками. Помнишь футболку Бет? «Я превращаюсь в суку за 2,5 секунды!»

Они заулыбались, вспоминая.

— Да, она была неплохая девчонка.

— Джейни, это правда, насчет моего отца, или просто Блэки болтают?

— Им теперь не до шуток. Народ в открытую выступает против них, мать Карен отказалась от нее. Ты сейчас почти мученица. По крайней мере, ты тогда не соображала, что делала. Все знали, что ты наркоманка.

— Мы были такими глупыми и ничего не понимали.

Джейни пожала плечами и развернула бутерброды.

— Если бы этого не случилось, вы все равно были бы уже в могиле. Героинщики долго не живут. Возьми Джиллиан Вайз. Это случилось десять лет назад. Ее нашли на собственной батарее, она была мертва, пролежала там больше двух недель. Кто-то из соседей пожаловался на вонь. Как обычно, накачалась наркотиками до полного затмения своих мизерных мозгов. На ее месте могла быть одна из вас.

Мария печально кивнула. Они помолчали несколько секунд, обдумывая все это, затем Мария сказала:

— Джиллиан научила нас, как делать «хайболл».