Волосы Лили собрала в свободный сексуальный пучок и, болтая с посетителями, стояла в центре салона с первым бокалом шампанского за весь вечер. Праздник официально закончился полчаса назад, и Лили не могла дождаться, когда сможет снять сверкающие золотые туфли на шпильках. Салон продал товаров и услуг более чем на десять тысяч долларов, и множество клиентов записалось на спа-процедуры. Учитывая затраты на организацию вечеринки, Лили решила, что покрыла свои расходы, и это радовало. Ей нужно было привлечь новых клиентов и сделать их счастливыми, чтобы они снова вернулись. А с каждым повторным визитом счастливые клиенты обычно хотели попробовать новейшие процедуры для лица или самые последние продукты по уходу за собой.

— Мне нужно идти, — к Лили, надевая коричневый тренч и вытаскивая светлые волосы из-под воротника, подошла ее сестра Дэйзи. Она была на шестом месяце беременности, и красное платье для будущих мам облегало ее животик. Дэйзи была старше, а Лили — выше. Между ними имелись еще кое-какие различия, но девочки Брукс были достаточно похожи, чтобы в них безошибочно угадывали сестер.

— Я провожу тебя.

— Не надо.

— Я хочу. — Лили поставила бокал на стол и прошла через салон к входной двери. — Я так рада, что ты пришла сегодня.

— Хотя я ни черта не выиграла.

Улыбнувшись, Лили открыла дверь.

— Не переживай. Я знаю хозяйку и познакомлю тебя с ней.

— Хорошо. Потому что когда родится этот малыш, мне нужно будет покрасить волосы и сделать пару уколов ботокса в лоб.

Лили сложила руки на груди, съежившись от холода ночи.

— Я пыталась уговорить маму на ботокс, ты же знаешь, она не хочет колоть «наркотик» себе в лицо.

Дэйзи засмеялась.

— Как вчера прошло с Ронни?

Лили пожала плечами, пока они шли через парковку к новому фургончику сестры, стуча каблуками по асфальту.

— Ронни, конечно, опоздал на час. Но приехал.

— Разве мы не считаем, что это прогресс?

Лили покачала головой, и золотая сережка-кольцо коснулась ее шеи.

— Мы считаем, что это счастливая случайность. Он тупее, чем дорожная ящерица, и признал, что последняя подружка сбежала вместе с его телевизором и приставкой. Когда Ронни найдет себе новую пассию, то снова забудет о Пиппене.

— О, Боже, — произнесла Дэйзи голосом полным отвращения. — Он все еще играет в приставку? В его-то возрасте? Ну и дебил.

— Я знаю. Правда ведь? — засмеялась Лили. — Тридцативосьмилетний «геймер». Он, наверное, сидит на диване, держа одну руку на джойстике, а вторую у себя на яйцах.

— Фу.

— Какой позор, что я была за ним замужем.

— Ну, по крайней мере, Пиппен пошел в тебя. — Между сестрами повисло напряженное молчание, потом Дэйзи сказала: — У тебя были трудные времена, но ты со всем справилась. И посмотри на себя теперь. — Они остановились у фургончика, и Дэйзи открыла водительскую дверь. — Я действительно горжусь тобой, Лил.

На сердце у Лили потеплело.

— Спасибо.

— И я хотела спросить, не будешь ли ты возражать, если мы назовем эту малышку в твою честь?

Согревшееся сердце сжалось, а в глазах у Лили защипало.

— Ты уверена?

— На сто процентов.