Сандерс поспешил через кухонную дверь, и Гейл сказала Трису:

– Куда мы направляемся?

– В “Апельсиновую рощу”. Мы воспользуемся машиной Кевина.

Трис взял со стола пластиковую взрывчатку и держал ее в обеих руках.

– Вы собираетесь использовать эту штуку сегодня ночью?

– Ничего другого не остается, если мы хотим избавиться от ампул до того, как Клоше пойдет за ними. – Он увидел Сандерса, возвращающегося из-под навеса компрессора, и сказал: – Пошли. Если мы не попадем туда первыми, все пойдет к чертям.

Пока они быстро продвигались по тропинке, Сандерс спросил:

– А что будет с остальными сокровищами?

– Если что-нибудь еще есть там, внизу... ну что же, может быть, дух Филиппа сможет наконец получить заслуженное удовлетворение от благодетельной герцогини. Мы не можем рисковать из-за наркотиков.

Собака следовала с ними до калитки, но Трис остановил ее там и приказал остаться.

Они услышали, как ожил двигатель лодки Клоше и она направилась на юго-восток, к “Апельсиновой роще”. Трис бросился бежать.

На длинной Южной дороге спидометр доходил до семидесяти. Упершись в панель управления и нажимая ногами на воображаемые ножные тормоза, Сандерс сказал:

– Предположим, нас остановит коп.

– Любой полицейский, кому дорога жизнь, сегодня меня не остановит.

Трис не сказал после этого ни слова, пока не припарковал машину на стоянке у “Апельсиновой рощи” и не побежал в направлении лестницы, ведущей к пляжу.

– Вы сможете завести навесной мотор? – спросил он.

– Конечно, – ответил Сандерс.

– Хорошо. Мне нужен шофер.

Луна стояла высоко в небе, и, пробегая по каменным ступеням, они видели белые корпуса лодок, стоявших на тележках.

Трис поглядел на море, влево, на белую линию рифов.

– Хорошо светит. Мы увидим, как он подойдет. Он передал Гейл пластиковую взрывчатку, схватил носовой трос с ближайшей лодки, крутанул лодочную тележку и один потащил лодку к морю. Затем забрал пластиковую взрывчатку у Гейл и приказал ей:

– Стойте здесь.

– Нет.

– Вы будете стоять здесь.

– Нет, не буду!

Ее воинственное упрямство удивило его.

– Будет очень опасно, и я не хочу, чтобы вы оказались где-то рядом.

– Это мое решение. Это моя жизнь, и я пойду.

Гейл знала, что ведет себя глупо, но ей было не до этого. Она не могла оставаться на берегу беспомощным наблюдателем.

Трис взял ее за руку и поглядел ей в глаза.

– Я убил одну женщину, – мрачно сказал он. – Я не могу взять на себя ответственность за убийство еще одной.

Гейл гневно поглядела на него и в запальчивости сказала, не думая:

– Я не ваша жена!

Трис освободил ее руку.

– Да, но... – смутился он.

Гейл дотронулась до его руки.

– Вы сказали это сами. Я – здесь, и я – это я. Оберегая меня, вы ничего не делаете для нее.

Трис сказал Сандерсу:

– Забирайтесь в лодку. – Он помог Гейл залезть, втащил лодку в воду достаточно глубоко, чтобы не застопорить винт, и забрался сам.

Они прошли рифы и приблизились к месту над останками “Голиафа”. Там они оставили лодку качаться на волнах.

Трис снарядил баллон, взвалил его себе на спину и сел на правый планшир, поместив пластиковую взрывчатку у себя на коленях. Ручной фонарь свисал с ремня на кисти его руки.

– Я установлю взрывчатку и сразу же вернусь, – сказал он.