— Да неее… — Не очень уверенно произнес Элим, побледнев. — Не может такого быть. Никто не сможет вычислить, что она здесь.

— Если это так, то почему ты побледнел? У тебя появились подозрения? — Прищурившись, посмотрел на него Бертули.

— Есть один очень коварный и хитрый Владыка демонов, что мог бы вмешаться в дела на этой планете. — Хмуро ответил Элим. — Вот только он вроде бы всегда был против Сэнсея. Да неее. Этого не может быть. — Уверенно закончил он. — Уж кого-кого, а Люцифера тут точно не может быть.

— А он каким образом может быть причастен? — Удивленно и с явным оттенком испуга спросил Бертули.

— Этому коварному змею, по-моему, до всего есть дело. — Хмыкнул невесело Элим. — Но у него самого сейчас куча проблем с Хищниками, так что его здесь точно быть не может.

— Это конечно радует, но что, в итоге, мне делать? — Слегка раздраженно произнес Бертули.

— Ничего. — Добродушно улыбнулся в ответ Элим. — Все что нужно, ты уже сделал, а дальше я сам беру ситуацию под свой контроль. Раз мы не знаем, откуда может прийти проблема, то будем ее ждать со всех сторон. Главное, до взлома Чантико дожить, а дальше свяжусь с учителем и все. Дело сделано.

— Какой-то у тебя странный оптимизм. — Покачал головой Бертули, но уже более уверенно.

Все же тот факт, что Элим лично займется контролем ситуации, приятно согревал душу ученого.

Глава 11

Денница предупредил меня о том, что возникнут проблемы, когда я вернусь в свое тело, но ощущать, как мое тело и разум ломала неудержимая сила, оказалось не так легко, как выслушать рассказ об этом. Меня корежило и скручивало. Тело непроизвольно пыталось стать другим, а барьер вокруг Лисаны еле держался. Если бы не помощь Денницы, то боюсь, на этом моя разумная жизнь закончилось бы навсегда. Но даже его сил было недостаточно. Я надеялся на то, что после внедрения злополучного шарика станет проще.

Вот только каждый сантиметр приходилось отвоевывать с боем. Преодолевать сопротивление собственного тела, да еще и подавлять дикую боль внутри себя. Не знаю, сколько времени я тянулся к этому шарику, но мне казалось, что преодолетьэтот несчастный метр, отделяющий мою руку от столь нужного мне артефакта, потребовалась целая вечность. Когда же я наконец ухватил его, то последовал путь назад. И опять сопротивление. Опять боль. Опять вечность борьбы с дикими перегрузками одновременно с ощущением ломающихся барьеров разума. А уж когда я принялся внедрять артефакт себе в грудь, собственное тело и вовсе взбунтовалось. Все мое естество боролось с моим простым усилием.

И дело тут не только в собственном теле, но и в соблазне разума. Сила. Огромная сила с бесконечным источником. Только дурак не понял бы, насколько сильнее я мог стать, получив доступ к подобным объемам энергии. Только благодаря помощи Денницы у меня оставались воля к победе и остатки разума. Я понимал, что огромная сила сотрет меня без следа, оставив только дикий разум и больше ничего. Уничтожит мою личность, заодно обрушив безумие на Ли. Даже сложно представить, каким образом Гариз веками боролся с таким чудовищным давлением на свое сознание. Это, как минимум, вызывало уважение, несмотря на больные пристрастия этого, по сути, подонка.

— Вот и все.

Улыбнувшись, произнес Денница, как только артефакт оказался во мне и соединился с потоком моей силы. При этом, с одной стороны, я оказался в своем внутреннем мире, а с другой — в пространстве между собственным разумом и душой.