– Отдам!

– И позволите нам всем спокойно уйти?

– Возможно.

– Мне хотелось бы услышать твердое «да».

– Хорошо, позволю!

– Тогда… я принимаю ваше предложение, – сказал Кароль. – Сыграем?

Феррус вновь залучился удовольствием.

– Надо же, а я уверен был, что другого раза не будет. Во всяком случае, так скоро… Что ж, сыграем. Ищите!

Кароль кивнул.

– Поищу. Но только после того, как получу письменное обещание – не пытаться отобрать у меня универсус в случае моего выигрыша и благополучно всех отпустить. С вашей подписью и печатью…

– А в случае проигрыша? – ехидно поинтересовался демон, снова обнажая в ухмылке заостренные зубы. – Что вы поставите на кон, капитан? Учтите, меньше чем на вашу душу я не согласен!

– Душу?… – протянул Кароль, сделав вид, будто предложение это его неприятно поразило. – Нет, это слишком, пожалуй. А как насчет… службы, к примеру? Сроком, скажем так, на три года?

Он ожидал, что после этих его слов кто-нибудь да закричит: «Нет!» – как Клементина, когда от ее мужа потребовали нового заложника.

Но почему-то ничего не услышал. И, покуда Феррус делал вид, будто размышляет над его предложением, Кароль быстро глянул на своих спутников.

И обнаружил, что они смотрят на него… с веселым удивлением.

Все – и сердобольная дева-асильфи, и старший брат, отныне великий лекарь. И представительница «светлых», наделенная неземным могуществом, и аркан – тоже ничего себе сила… и Катти-чудо… и пара вечных скептиков – Пиви с Юргенсом…

Верят? – сам удивившись, подумал он.

И понял вдруг, что так оно и есть.

Они все верят, что он найдет этот чертов универсус!..

– Согласен! – ответил наконец демон. – Три года – хороший срок. За это время можно и душу в полное владение заполучить. Приступайте, господин капитан!

– Договор! – напомнил Кароль, которому вдруг стало по-настоящему весело, и, сделав над собой усилие, нахмурился – чтобы демон настроения его не заметил и не заподозрил неладного.

– Ах да…

Феррус подошел к письменному столу, взял верхний лист из лежавшей там бумажной стопки, вынул из нефритовой подставки перо. Открыл чернильницу из горного хрусталя. Макнул в нее перо, не присаживаясь, и поводил им в воздухе перед бумагой, которую держал на весу.

Вязь из огненно-алых букв стала появляться на ней сама, строчка за строчкой, и заняла около половины листа. После чего Феррус все же положил бумагу на стол и расписался под своим обещанием чин по чину.

Жестом пригласил сделать то же самое капитана.

Тот поднял лист со стола, быстро пробежал его глазами. Вскинул брови.

– Три попытки?…

Феррус снова показал зубы.

– А как вы хотели, господин капитан, – искать его бесконечно? Перебрать в моей башне все сверху донизу? Нет… любая игра имеет свои ограничения, и вам разрешается взять в руки всего три предмета. Прикосновение к чему-то, как в шахматах, будет засчитано тоже. Не угадаете с третьего раза – игра окончена!

Кароль, немного поразмыслив, спросил:

– А если универсус лежит, допустим, в шкатулке? Или в ящике стола? Я прикоснусь к ним, чтобы открыть, и это будет засчитано?!

Феррус кивнул.

– Да. Так что постарайтесь ничего не открывать сами. Когда понадобится, это сделаю я – по вашей просьбе.

– Зафиксируйте и это обещание, пожалуйста, – Кароль вернул бумагу на стол.