— Возможно, я не смогу тебя слышать, если магия исчезнет, — сказала я, беря одно имбирное печенье, которое я привезла Рэй. — Ты когда-нибудь думал об этом?

Глаза Дженкса расширились.

— Тинки, крылатая шлюшка! — воскликнул он, его крылья застрекотали, пока он осторожно раскручивал стебель.

Печенье треснуло между моими зубами.

— Может это и хорошо, — сказала я, жуя.

Жужжание крыльев упало на тон, и Дженкс медленно посыпал растение пыльцой. Это все нервы: он занимался садом, я — ела.

— Об этом я не подумал, — произнес он.

— Дело не только в демонах, — сказала я, с гримасой запивая печенье глотком этого ужасного чая. Он уже остыл, и казалось, будто я пью помои.

— Отсутствие магии разозлит вампиров, оборотней, и ведьм. Мы выживем, но ты можешь это себе представить? Все окажутся в невыгодном положении. Все, кроме людей.

Дженкс метнулся обратно к столу.

— Да? Магия существовала еще до Безвременья.

Я взяла одно из вычурных печений Трента, пахнущих миндалем.

— Лей-линии в Аризонской пустыне мертвы. Демоны сокрушили их, создавая Безвременье.

Дженкс посмотрел на навес из листьев, кто-то зашипел. Услышав это, пикси присел на корточки, пытаясь выглядеть покорным в каком-то своем мужеподобном смысле. Я раскусила печенье, вспоминая мертвые линии в пустыне Аризоны, которые располагались необычно близко друг к другу, пересекаясь, как палочки для игры в бирюльки. Возможно, их нарочно собрали вместе с целью создания дыры в реальности, а следовательно Безвременья.

В этом что-то было. У меня просто не было времени подумать обо всем.

— Может ты права, — сказал Дженкс так, словно ему было больно признавать это. — Но я по-прежнему считаю, что без демонов будет лучше.

Я не была так уверена. Демоны были жадными, злыми, подлыми и просто противными. Но воспоминание о том, как Ал сидел перед своим камином, пытаясь вспомнить, как он первоначально выглядел, вызвало жалость. Эльфы прокляли демонов за попытку уничтожить весь их вид, и они ответили тем же. Я гадала, помнят ли обе стороны, из-за чего вообще возникла вражда. Разве пяти тысяч лет войны было не достаточно?

Из этого тоже можно было вынести урок. Но и об этом у меня тоже не было времени думать.

Я нетерпеливо съела еще одно имбирное печенье, растерев кроши между пальцами, прежде чем откинуться назад и закрыть глаза. Крылья Дженкса загудели — он порхал от цветка к цветку как колибри.

— Если будет тепло, то на этой неделе мы переедем обратно в сад, — сказал он, совершенно неожиданно. — Мы все.

— Здорово! Это здорово, — сказала я, не открывая глаз. — Ты все еще живешь в садовой стене?

— Бэль… — начал он, и я открыла глаза из-за того, что он помедлил. Обнаружив его на ближайшей орхидее, я увидела, как он пожал плечами. — Бэль тоже собирается переехать в стену, — выпалил он, его крылья стали красными и пыльца испарялась прежде, чем касалась растения.