– Ты уезжаешь, – произнес Форест бесстрастно.

– Я же говорила, что уеду.

Опять повисло молчание. Он вздохнул и отвел взгляд.

– Я этого не одобряю.

Его голос прозвучал одновременно грубо и мягко, как будто ему больно говорить.

– Я тоже не хотела, чтобы ты уезжал, – сказала Айрис. – Когда ты ушел сражаться за Энву несколько месяцев назад. Тем не менее я понимала, почему ты это делаешь, и знала, что не могу стоять у тебя на пути.

Форест молчал, и Айрис решила, что на этом всё. Он больше ничего ей не скажет. Она прикусила изнутри щеку и направилась к двери.

– Айрис, погоди.

Она напряженно остановилась и ждала, слушая, как Форест поднимается со стула. Брат подошел ближе, и она ощутила слабый запах машинного масла и бензина – он недавно устроился на работу в автомастерскую на дороге. Как бы тщательно он ни мыл руки по вечерам, грязь под ногтями все равно оставалась. Иногда он так тер пальцы, что царапал кожу.

– Ты будешь мне писать? – спросил он, беря ее за локоть. – Будешь держать в курсе?

– Обещаю.

– Если не будешь, я переверну всю «Трибуну».

Она чуть улыбнулась.

– Хотелось бы на это посмотреть.

Форест усмехнулся.

– Нет, тебе бы не захотелось на это смотреть.

Казалось, он хотел еще что-то сказать, но не смог. Вместо этого он прикоснулся к золотому медальону на шее. Медальону, который когда-то принадлежал их матери.

– Носи не снимая, – прошептал он, надевая цепочку на Айрис через голову. – Обещай.

– Форест, я не могу его взять…

– Обещай.

Айрис поморщилась от его резкого тона, но, встретив его взгляд, увидела лишь страх, горящий в его глазах.

Она сжала пальцы на медальоне, держась за него как за якорь. Вспомнила, что рассказывал ей однажды Форест: когда он нашел медальон в окопе, в нем снова возродились сила и решимость. Он сосредоточился и выскользнул из хватки Дакра, вспомнил, кто он и откуда. Он смог освободиться от власти бога, только когда обрел осязаемое напоминание о доме – воспоминание, нанизанное на длинную цепочку.

– Я его не сниму, – прошептала Айрис. – По крайней мере, пока не вернусь домой и не смогу отдать его тебе.

Форест кивнул, от волнения морщя лоб. От его последних слов по спине Айрис пробежал холодок.

– Он тебе понадобится, Цветочек.

* * *

Роман смотрел на Авалон-Блафф из окна грузовика.

Пейзаж представлял собой груды обломков и скопление призраков. За окном проносились памятники людям, которые когда-то жили на этом холме: вытоптанные огороды, обрушенные каменные ограды, темные дверные проемы и стены, за которыми остались брошенные вещи. Мусор, обгоревшие соломенные крыши и сверкающие осколки стекла. Интересно, кто жил в домах, мимо которых они проезжали? Где эти люди сейчас? В безопасности ли?

Вот об этом он хотел написать. Он потупил глаза, когда понял, что упустил свой шанс.

Рядом с ним сидел Дакр, держа в бледных изящных руках газету. При виде газеты у Романа проснулось любопытство.

– Сэр? – осмелился он спросить. – Откуда вы узнали мой средний инициал?

Дакр с интересом взглянул на него.

– Ты о чем?

– Моя подпись в «Вестнике». Вы указали меня как «Роман К. Китт».

– Я указал только то, что ты мне сообщил.

– Тогда кто…

– До исцеления ты работал в «Вестнике Оута».