|
А уберечь символ от вмешательства Годгара, если тому вдруг этого захочется, дело Баррагана, не моё. Он в курсе нашего плана и заверил, что будет присматривать за тем, что бы Арвен не лез в это.
Вообще, как по мне, стоило бы просто заручиться помощью самого Баррагана, но тот, почему-то, отказывал в этом. Мол, учитель приказал, да и есть некие условности, из-за которых у него связаны руки. Ну, на нет и суда нет, буду рассчитывать только на себя.
А сейчас — отдых! Выспаться, набраться сил и творить новый символ. Как раз успею уложиться к указанному сроку до начала следующей части турнира.
Глава 21
О тренировках пришлось, по большому счёту, забыть. Процесс создания символов отнимал прорву сил, причем во всех смыслах — ведь столько часов почти непрерывного выкачивания своей Ки, от которого я отвлекался лишь на то, что бы с помощью алхимических стимуляторов и камней энергии восстанавливать резервы, в итоге приводил к тому, что под конец мой Исток, от которого и расходилась энергия по телу, начинал болеть при каждой попытке использовать энергию. Причём настолько, что я возвращался домой на такси, вместо того, что бы использовать технику движения.
Но всё имеет своё начало и свой конец. Вот и мои мучения на тринадцатый день были окончены (я устроил себе день отдыха после шестого знака). Вернувшись домой, я просто рухнул на кровать, даже не раздеваясь. Хоть разуться сил хватило, и то хорошо. Последний знак окончательно выпил из меня все силы, но активировав его, я почувствовал, как между начертанными мной символами начали протягиваться незримые нити энергии, соединяя их между собой. Однако забивать себе этим голову сил уже не было.
Сон без сновидений, подобный коме, во время которого я не слышал ни будильника, ни звонков, продлился часов семнадцать. Проснувшись, я чувствовал себя словно с похмелья — головокружение и сухость во рту, вялость и слабость, и сверху всего этого, как вишенка на торте — кузнечный молот, со всего размаху лупящий прямо в мозг.
Понятно, почему мне было сказано приступать к этому делу лишь по достижении сферы Истока. До этого я бы попросту не потянул даже создание одного символа — не хватило бы ни количества Ки, ни банальной выносливости. Да и достигнув нужного уровня эволюции, я бы потратил куда больше времени на этот процесс, если бы не тренировки с Барраганом, которые, помимо всего прочего, сделали меня значительно выносливее и крепче, чем если бы я занимался сам. Да и нельзя забывать о том, что он скормил мне немало алхимии, призванной укрепить мой фундамент — как физическое тело, так и сам Исток.
Символ нельзя было рисовать постепенно. Если берёшься за него, то нужно закончить в один сеанс — иначе, если прервать процесс больше чем на несколько часов, он попросту рассеется и придётся начинать заново. Плюс нельзя было привлекать к процессу других людей — каждый из них я не просто скреплял своей кровью, но и техникой эволюции. Так что пользоваться можно было лишь моей энергией, и ничьей больше.
Будь у меня побольше времени, я бы не насиловал себя, ведь уже нарисованный символ, доведённый до логического завершения, никуда бы не делся. Он бы продержался хоть год, хоть десять лет — моя сила нужна была лишь для того, что создать его и запустить в работу, дальше он черпал силы напрямую в пране Земли. Так что будь у меня больше времени, я бы после каждого раза делал перерыв как минимум дня на три, но времени у меня не было — ведь на носу турнир, во время которого я попробую прикончить Первого. И далеко не факт, что сумею выжить в процессе. Так что я спешил сделать то, что считал своим долгом перед Землёй, что бы со спокойной душой сосредоточиться на личных желаниях.
Вообще, будь на планете Звёздные Врата, всё это бы не работало — с их появлением прана мира становиться, скажем так, собственностью Системы, а она подобных паразитов, тянущих лапы к тому, что принадлежит ей, сильно не любит. |