Спустя секунду Оракул начал обратный отсчет, и на слове «ноль» мир вокруг меня раскололся, чтобы тотчас же сложиться в до боли знакомый колодец посреди скал…

Однако я не бросился сразу же в угол, где располагалась дверь, потому как в каньоне меня ждал тот, с кем мне давно уже хотелось поговорить… Меня ждал Принц Гэлдор.

– Вы скверно выглядите, Рагнар, но все же я рад, что вы вообще живы, – поприветствовал он меня.

– Да, в этом есть нечто оптимистическое, – согласился я. – А как поживаете вы?

– Ну, в моем положении трудно рассчитывать на разнообразие, хотя на скуку в последние месяцы я пожаловаться не могу…

– Честно говоря, на этом мне хотелось бы остановиться поподробнее…

Гэлдор слегка усмехнулся:

– Да уж, догадываюсь. Похоже, что после недавнего разговора у Оракула я являюсь наиболее информированным участником событий… По крайней мере, по эту сторону фронта. – Заметив мою реакцию, он сделал предупреждающий жест рукой. – Не спешите, я все вам расскажу. Просто я не знаю, с чего начать было бы логичнее… Ладно, пожалуй, так: ваши подозрения относительно Гроссмейстера оправданы – он действительно собирается уничтожить Клуб. Зачем? Это хороший вопрос, потому что я не знаю на него ответа.

– Но ведь вы же…

– Позвольте напомнить вам, Рагнар, – мягко перебил меня Принц, – что я не читаю чужих мыслей и не являюсь ясновидящим. Я могу подслушать какие‑то обрывки, эпизоды и должен заметить, что выудить что‑нибудь из головы Гроссмейстера гораздо труднее, чем, например, из вашей.

– Почему?

– Он всегда очень сосредоточен, его мысли предельно сконцентрированы, как будто он постоянно решает какую‑то проблему… Возможно, так оно и есть. Я вообще полагаю: знай Гроссмейстер о моем существовании, то смог бы наглухо заблокировать свой мозг, и я не узнал бы просто ничего… Более того, думаю, он попытался бы меня уничтожить.

– Он не производит столь уж кровожадного впечатления, – заметил я.

– Верно. Но он никому не доверяет, даже своим товарищам. А вы бы сами захотели таскать с собой на поясе потенциального шпиона?

– Навряд ли…

– Впрочем, это пустое. Пока цела Шпага, меня истребить невозможно… Возвращаясь же к целям Гроссмейстера, могу отметить следующий небезынтересный факт: у меня не было даже ни единого шанса выяснить о них что‑либо просто потому, что он о них совершенно не думает. Как бы там ни было, это нечто, решенное давным‑давно и не подлежащее сомнениям и реформации…

Признаться, я был порядком разочарован и не потрудился этого скрывать.

– Знаете, Принц, я ожидал большего от вашей превосходной информированности.

Он отреагировал философски.

– Когда же вы, наконец, перестанете надеяться на то, что придет добрый волшебник, который расскажет вам всю правду, накажет виновных и наградит доблестных?.. Вероятно, никогда. Это очень по‑человечески, – он обезоруживающе улыбнулся. – Несмотря на ваш скепсис, я расскажу вам кое‑что, чего вы не знаете. Например, о сторонниках Гроссмейстера. В Клубе их немного, всего двое – Яромир и Александр. Он далеко не полностью посвящает их в свои замыслы, но они поддерживают его, что называется, от души и готовы верить ему на слово… – Гэлдор чуть помолчал и с некоторой грустью добавил: – Переубедить их вам едва ли удастся, Рагнар! Вы меня понимаете?

К сожалению, я прекрасно его понимал.

– Что же касается непосредственных действий Гроссмейстера и проводимого им в жизнь плана, то тут, друг мой, вы немного просчитались. Он и в самом деле привел в действие мощные дестабилизирующие силы, развязав в итоге несколько войн… Это вы поняли, и поняли верно.