|
Гном с ухмылочкой в коей сокрыто коварство тысячи лисиц, заметил:
— Что же пускай сразятся. Но ты видишь большой зал и так полон, так что им сначала предстоит помахаться в малом зале.
Маркиз хотел чего-то большего:
— А если я выпущу их против взрослых.
Гном оскалился:
— Зрелище, когда калечат ребенка весьма занятное. Многим оно будет по душе, особенно если мальчика убьют.
Де Варди уже видевший юных витязей в деле усомнился в подобном исходе:
— А если он убьет?
Гном видимо пользовался определенным влиянием и имел изрядный опыт поединков:
— У тебя есть чувство юмора, что я не помню, чтобы малые дети убивали взрослых.
Маркиз кисло ухмыльнулся:
— Так тем более выставляй! Ты ничем не рискуешь, а я бросаю карты против козырной масти!
Гном немного смягчившись, ответил:
— Впрочем, прежде чем выйти на взрослую арену он должен провести хоть один бой в малой таким же пацаном как и он сам. — И жесткое подтверждение. — Ну, иди тут маркиз де Варди.
Перспектива драться со взрослыми не особенно пугала Григория. Ну что такого особенного, будто он их не убивал. А вот другое соображение вдруг они выставят Лею, вызывало легкое беспокойство — справиться ли девушка, ставшая снова девочкой? Не растеряла ли она, уменьшившись все свои достойные супермена навыки?
Малый зал также охранялся и был не маленьким на три тысячи человек, в нем было шумно, на трибунах и, особенно в первых рядах сидело много детей. Как правило, это были отпрыски богатых дядей. В центре царила катавасия, дралось пять на пять, мальчиков лет двенадцати- тринадцати. Они лупили друг друга нунчаками, лилась кровь, лица, и головы были разбиты. Публика была в восторге, особенно гул поднялся, когда вылетел глаз, то, что при этом ребенок стал навсегда калекой, никого не волновало.
— Тут все как у взрослых жестко — Сказал, плотоядно облизывая губы маркиз. — Порой смертельные случаи бывают.
Лея, которой не терпелось быстрее начать, спросила:
— А на чем мы будем драться?
— Пока не знаю. Самое легкое на кулаках — бои без оружия и правил, но это не так интересно в моде когда сражаются холодным оружием. — Де Верди, который видел, в деле только Григория и то в банальной драке спросил у воительницы. — Ты хоть понятие имеешь?
Лея не выходя из образа обычной девчонки-хулиганки, ответила:
— На улице правил нет, часто приходилось драться против ломика, кирпича, разбитой бутылки. Нет, у меня есть понятие.
Маркиз обрадовано подтвердил:
— Вот и чудненько, но ты не торопись убивать, лучше сопернику показать себя. Тут на тебя будут делать ставки, но поскольку ты новичок то большой перевес будет на стороне твоего партнера. Это отлично больше наварим.
— Ты наваришь! — Ехидно бросила Лея.
Маркиз де Варди агрессивно-подобострастно пообещал:
— Да и тебе заплатят, если останешься жив.
Пять бойцов в зеленых трусах оказались уложенными, они были избиты, окровавлены и без сознания. Их гладиаторов в синих трусиках на ногах осталось лишь трое, да и те были сильно побиты. Григорию стало жалко хлопцев, которые так себя калечили на потеху толпе. Царевна Лея стояла, наклонив голову, из ее глаз капали слезы.
— Вот так и нам предстоит рубиться. — Девчонка втянула живот и напрягла бицепсы.
Маркиз подстегнул ребят:
— Теперь ваш выход, помни не торопись.
Григорий снял дранную майку, без нее он выглядел симпатичнее и вышел на арену. Затем заиграла музыка и с венком на плечах, вышел загорелый мальчишка. Он был выше крупнее и внешне на пару лет старше Григория. |