Правда японцам в этом случае придется палить практические вслепую, через гряду. А бить прямой наводкой они смогут лишь, когда сражение перейдет в городскую черту.

Самая главная цель это четыре броненосца двенадцатидюймовыми орудиями на борту.

Лея стряхивая с себя прилипшую костяную крошку, предложила:

— Может, немного подравняем наши шансы. У Того над эскадрой Рождественского превосходство в орудийном бое, примерно 1,8 к 1. Там мы немного подравняем соотношение сил.

Гришка спросил воительницу Лею:

— Начнем с флагмана?

Принцесса возразила:

— С самого вкусного не начинают! Благо эскадру искать не надо. Перещелкаем вот первые два броненосца.

Григорий хихикнул, указав мечом на корабль «Нутили», весело воскликнув:

— А это мой!

Лея предложила напарнику:

— Но давай полежим полчасика в воде для восстановления.

Действительно отдых не помешает. А Григорий не терял в ходе краткой паузы времени. В частности удалось кое-что интересное рассмотреть.

В подвале собрались заговорщики. Электрическая лампа под потолком отбрасывает зловещие тени. Тускло блестит знаменитая лысина Ленина, рядом кудлатый Коба, более известный миру как Сталин, далее морской офицер в аккуратном мундире, пока малоизвестных лейтенант Шмит, с щегольской бородкой Бухарин.

Для полного собрания не хватает Троцкого, но пока они с Лениным в ножах. А так собрались самые влиятельные большевики, готовые устроить революцию или переворот, что угодно лишь бы получить власть.

Первым слово взял Ленин:

— Архиважно товарищи, любой ценой не допустить победы Самодержавия в его неправедной войне с Японией. Дело революции требует этого!

Бухарин, похлопывая ладонями и тряся черной, бородкой украшающем еще молодое лицо подтвердил:

— Да мы должны не дать самодержавию ни малейшего шанса. Пусть это и пахнет изменой, но я скажу Микадо лучший и главный союзник большевиков и мирового коммунизма!

Коба Иосиф сердито буркнул:

— Неплохо сказано! Хотя это не пахнет изменой, а уже есть сама измена!

Ленин, он же тогда носящий псевдоним Карпов заметил:

— Ради всемирной революции порой приходится идти на жертвы. В том числе и жертвовать частью совести и собственной души. — Ульянов откупорил, отвинчивая головку с немецким пивом. Для красноречия следует освежить горло. Сделал пару глоткой и продолжил. — Думаете, мне самому приятно желать зла и поражения собственной стране. Однако буду откровенным, революция возможна лишь в случае серьезного ослабления режима Самодержавия. А что может ослабить Самодержавие сильнее, чем поражение в войне?

Коба согласно кивнул:

— Да ничего… Порой высшая цель требует жертв и жертв немалых!

Ленин продолжил философию:

— Так вот, обсуждать мораль и философию атеизма мы не будем. Главное вовсе не в этом. Понятно, что дело, которое мы затеваем, приведет к освобождению трудящихся и невольников всех стран и всего мира. И то что все потери нашей державы и прочих народов будут компенсированы сторицей. — Ульянов сделал паузу и уже другим тоном добавил. — А какие конкретные мы можем предпринять шагу для поражения ненавистного народу и нам Самодержавья?

Тут тонкий голос подал лейтенант Шмид:

— Полагаю для начала сразу в нескольких местах подорвать Транссибирскую магистраль. Это роковым образом скажется на снабжении царских войск в Манчжурии.

Коба словно лис ухмыльнулся:

— Браво мальчик делает успехи!

Ульянов строго погрозил «чудесному грузину» пальцем:

— Не шали! Очень даже архизанятное предложение. Можно изрядно подгадить Куропаткину.

Шмид продолжил:

— А вообще мой план предусматривает поднять восстание на всех кораблях Черноморского морского флота.