С секунду он лежал неподвижно, ошеломленный падением. Затем зрение стало проясняться. Морщась от боли, Коготь поднялся на ноги, не обращая внимания на тревожные руны, говорившие о повреждении мышц и переломе бедренной кости.

Смутно он понял, что должен обратить внимание на что-то другое.

— Беги, тупой придурок! — откуда-то заорал по воксу Кулак Хель.

И тут Красная Шкура понял, в чем дело. Несмотря на мучения, он бросился вперед, в болезненный спринт по камням, когда на место его падения рухнул с небес огненный шар. Разбитый десантный корабль, неуправляемый и искалеченный столкновением с штурмовиками.

Красная Шкура бежал. Бежал, как бешеный скейскре, перебирая израненными ногами и чувствуя, как пульсируют в крови эндорфины.

Клянусь Руссом, какой же ты медлительный.

Земля вздрогнула, когда металлический корпус врезался в камни за его спиной, раздавив всех, кто еще выжил внутри, и расплескав расплавленный металл вокруг. Разбитый корабль продолжал кувыркаться, словно поверженный зверь на равнинах, завывая в предсмертной агонии и вызывая все новые взрывы внутри округлого корпуса, прежде чем наконец со скрежетом остановился.

Только тогда Красная Шкура тоже остановился и обернулся, смотря на учиненные им разрушения и зная, что только что заработало его второе сердце и теперь тяжело стучит в груди. Начали срастаться сломанные кости, подействовали болеутоляющие, но сильнейшим стимулом для него был внутренний волк, метавшийся в ярости и неистовстве. Красная Шкура чувствовал, как нахлынула жажда убийства, тяжелая смесь адреналина и генетической ярости.

— Фенрис! — зарычал он, широко размахивая цепным мечом над головой. — Хъолда!

Откуда-то сбоку появился Кулак Хель, тяжело хлопнув брата по спине и отрывисто расхохотавшись по связи.

— Клянусь задницей Моркаи, ты чокнутый, как унгур, — сказал он, тоже давая волю внутреннему волку. Несмотря на броню, Красная Шкура чувствовал витавшие в воздухе феромоны убийства. — И такой же крепкий.

Затем рядом появился Бракк с остальной Стаей, вырисовываясь на фоне горящих обломков. Лазерный огонь прекратился. Ни один из Стражей Шпиля не выжил, чтобы увидеть падение десантного корабля, а уцелевшие штурмовики все еще разворачивались, чтобы пойти на новый заход.

— В другой раз просто используй гранату, — раздраженно прорычал волчий гвардеец. — Следующая цель к северу, они там создали плацдарм. Выдвигаемся.

Стая мгновенно бросилась вперед, все как один, несясь по камням, словно скользившая по теням серая жидкость. Силовые кулаки были выключены, цепные мечи безмолвствовали. Когти вновь стали почти незаметными, словно призраки, что было ужасающим отражением их боевой ярости.

К тому времени, как вернулись штурмовые корабли, летя низко над площадкой высадки, там остались лишь костры, искореженные обломки и уже начавшие леденеть трупы тех неразумных, что принесли войну в мир Волков.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Аурис Фуэрца из культа Павонидов прислонился к стене, согнув раздираемые болью ноги. Он смотрел смерти в лицо, видел последние объятия изменения плоти, и это было сущим кошмаром. Даже сейчас, вырвавшись из ужасов варп-безумия, он чувствовал, как судорожно бьются сердца в сломанной грудной клетке, словно звери, стремящиеся вырваться наружу. Как долго он был без сознания? Минуты? Часы? Дни? В варпе это всегда было трудно понять.

Перемещение в зловредных потоках эфира и в лучшие времена требовало хорошей физической подготовки, а уж совершать прыжок в таких условиях было делом крайне опасным. Когда Фуэрца увидел несшийся к его поврежденному судну корабль Псов, у него оставались считаные секунды на принятие решения. К счастью, подготовка к эвакуации уже была завершена из-за сильного пожара на «Иллюзии Уверенности».