|
Хищники всегда нападали на слабых, а эти люди действительно ослабли — они были без воды со вчерашнего дня. Они плелись в лучах восходящего солнца, мечтали о холодной прозрачной реке, где можно найти клубни, черепашьи яйца и пучки съедобной растительности, а может быть, и столь редкого вкусного фламинго, запутавшегося в стеблях папируса. Их имена менялись по обстоятельствам, так как имя было не более чем средство общения, благодаря которому члены семьи окликали друг друга и общались между собой. Нашедшая Мед получила свое имя в тот день, когда она нашла улей, и семья впервые за целый год поела сладкое. Шишку стали называть так после того, как он, убегая от леопарда, влез на дерево, свалился с него и так треснулся головой, что на месте удара на ней навсегда образовалось уплотнение. Одноглазый потерял свой правый глаз, когда они со Львом пытались отпугнуть стаю стервятников, круживших над дохлыми носорогами, и один из стервятников отразил атаку. Жаба умел ловить лягушек, одной рукой отвлекая внимание своей добычи, а другой хватая ее. Высокую прозвали так потому, что она была самой высокой женщиной в семье.
Люди жили, повинуясь своим побуждениям, инстинктам и животной интуиции. Мало кто из них о чем-либо задумывался. А так как они ни о чем не задумывались, то и никаких вопросов у них не возникало, а значит, и не было нужды искать ответы. Они ничему не удивлялись, ни над чем не размышляли. Окружающий мир состоял только из того, что они могли видеть, слышать, обонять, осязать и пробовать на вкус. Для них не существовало ничего тайного и неизведанного. Саблезубый тигр был саблезубым тигром — хищником, когда он был жив, и пищей, если был мертв. Эти люди не были даже суеверны — в их сознании еще не оформились представления о магии, духах и невидимых силах. Они не пытались объяснить, почему дует ветер, — это просто не приходило им в голову. Когда Разжигающая Огонь разводила костер, она не задумывалась о том, откуда берутся искры или как тысячу лет назад ее предку пришло в голову попробовать разжечь костер. Разжигающая Огонь просто научилась этому, глядя, как делает это ее мать, которая в свою очередь научилась от своей матери. Их единственной целью была еда, но охота оставалась настолько примитивной, что сводилась к ловле самой мелкой добычи — ящериц, птиц, рыбы, кроликов. Семья Высокой и не подозревала о том, кто они и что, а уж тем более о том, что они только что завершили длительный этап эволюции, и это означало, что на протяжении следующих ста тысяч лет их физический облик останется неизменным. Они также не подозревали о том, что новая опасность, которую ощущала Высокая, предвещала начало второго этапа эволюции. Пока она занималась поиском съедобных растений и насекомых, перед ней встало видение источника, рядом с которым они спали. За ночь вода настолько засорилась вулканической сажей и пеплом, что ее стало невозможно пить. Жажда всегда толкала их туда, где они могли бы устроить привал и как следует подкрепиться, она и теперь неуклонно влекла их на запад, заставляя упорно идти вслед за Львом, который знал, где находится следующий источник пресной воды; их головы возвышались над высокой травой, и им были видны стада антилоп гну, которые тоже искали воду. Небо было окрашено в странный цвет, в воздухе стоял едкий терпкий запах. А гора на горизонте дымила как никогда. Кроме того, Высокую, чей ум бессильно бился над незнакомой для него задачей, охватило воспоминание о том ужасе, который им пришлось пережить две ночи назад. Ночи на африканской равнине всегда проходили беспокойно — рычали львы над убитой добычей, визгливо тявкали гиены, сообщая собратьям о возможности поживиться. Люди, расположившиеся на опушке леса, спали урывками, несмотря на то, что всю ночь в темноте горели костры, дававшие свет и тепло и отпугивавшие зверье. Однако две ночи назад ситуация изменилась. Люди, привыкшие жить в ощущении постоянной опасности, ощущали возросший и обострившийся страх, вглядываясь в темноту и прислушиваясь к стуку собственного сердца. |
