Чем дальше, тем хуже. Приятели мои с легкостью запрыгнули в лодку, беспечно располагаясь по местам. Должно быть, они прежде работали паромщиками на Темзе (хуже оскорбления придумать невозможно). Я же поскользнулся и чуть не упал в воду, пока перебирался через борт Я уселся на корме (как видите, даже сухопутные крысы вроде меня знают, что это такое). Покрытая зыбью поверхность воды простиралась, казалось, до самого горизонта. Джек приподнял край дерюги, и нашим глазам предстали несколько мотков веревки и целая груда крюков и кошек. Уилл привычным движением взялся за весла, словно за пару хороших кожаных вожжей. Майкл устроился на носу.

Мы сидели и ждали, а судья на берегу с заметным волнением всматривался в сторону особняка. Вскоре показалась Кэйт, направляющаяся к нам по зеленому склону, и мое сердце отчаянно забилось. Я приосанился, желая выглядеть перед ней бывалым моряком. Мои друзья обменялись многозначительными взглядами. Ну и пусть, какое мне дело до того, что они знают о моих чувствах? Кэйт улыбнулась нам всем, и мне показалось, что меня она все-таки выделила. Взявшись за руки, отец и дочь двинулись вдоль берега.

Как по команде, Уилл опустил весла в воду, и лодка заскользила по тревожно плещущейся воде. Филдинг и Кэйт шагали быстро, чтобы не упустить нас из виду. В прибрежных зарослях закрякала утка, и мы дернулись от неожиданности. В спину мне дул холодный ветер, намокшие штанины прилипли к покрытым мурашками ногам, которые, как я теперь заметил, были увиты зелеными водорослями. Над нашими головами величаво проплывали облака, эти небесные галеры. Лодка миновала заросли водяных лилий и тростника, и тут Кэйт остановилась на берегу и указала в нашу сторону. Я сказал Уиллу «сушить весла».

– Точно здесь? – спросил Джек.

– Трудно сказать, отсюда все выглядит совсем по-другому, – ответил я.

– То самое место, да, Николас? – спросила Кэйт. Прозрачный воздух делал слышимость прекрасной К тому же мы находились всего в нескольких ярдах от берега. – Мы сидели вон там, под теми деревьями!

Друзья переглянулись еще более многозначительно.

– Думаю, да!

– Вы сообразите, что надо делать? – спросил Филдинг.

Вместо ответа я взял одну из кошек, которую Джек заблаговременно привязал к веревке, и перебросил через борт со всей своей «сухопутной» небрежностью, так что лодка сильно закачалась и мы едва не перевернулись. Лодка черпнула воды. Я беспечно посмотрел на остальных, словно говоря: «Не волнуйтесь, я знаю, что делаю». Уилл Фолл только глаза закатил, а Кэйт всплеснула руками и закричала:

– Осторожнее, Ник!

Поверьте, ради этого я готов был и в воде оказаться.

– Большую рыбу собрался ловить, Ник? – спросил Майкл.

– Не рыбу, Майк. Наш бравый кормчий будет выуживать мертвецов, – отозвался Уилл.

– А что мы ищем? – спросил Майкл уже более серьезным тоном. – Судья сказал искать, а что именно – не уточнил.

– Нечто белесое, – ответил я.

Джек посмотрел на меня с недоумением.

Мы должны были поднять что-то со дна озера в этом самом месте. Это все, что было известно моим друзьям. Сам я знал немногим больше. Просто Филдинг решил, что виденное нами с Кэйт заслуживает пристального внимания и изучения. Почему он так решил, я не имею ни малейшего понятия.

– Немного подгреби, Уилл, – попросил Джек, разматывая веревку, чтобы кошка ровно скользила по дну.