Он знал, что хотел, чтобы это значило. Потому что так сильно, как он хотел крови, так же сильно он хотел ее. Если бы она позволила ему, он взял бы ее и принял все последствия.

- Я потороплюсь, - сказал он.

В динамике раздались гудки.

***

Блу позвонил Пеген по дороге и сказал ей, что приедет приблизительно через десять минут, чтобы поболтать, как сказала бы Эви, затем повесил трубку, когда она стала быстро задавать ему вопросы.

Двигаясь в сторону мужчины-не-шлюхи, он не собирался разрушить все ее мечты и стремления по телефону.

Кроме того, он ничего не смог бы сказать ей, что заставило бы ее чувствовать себя лучше из-за того, что собиралось произойти.

Он заскочил в явочную квартиру Эви, чтобы взять ноутбук и флешку с информацией из клуба «Счастливый Рог», затем он пошел домой, чтобы взять свой любимый внедорожник и сообщить соседям, что он вернулся в дело.

Наконец-то, момент истины.

Он проверил периметр дома Пеген на наличие любых технических средств наблюдения, не нашел ни одного, и направился к двери. Она открыла до того, как он успел постучать, и твердый кулак вины ударил его. Она была одета в красное платье в обтяжку, которое обнимало ее объемные изгибы, а светлые волосы обрамляли ее идеально накрашенное лицо. Она принарядилась для него.

Она была красива, хорошо сложена и всем, что он когда-то думал, что хотел... но на самом деле это было не так. Оказалось, что ему нравилась определенно стройная, темноволосая девушка с глазами как у лани, и только она.

Я буду ждать тебя, сказала Эви.

Будь голой, он должен был сказать ей это.

Пеген пригласила его жестом внутрь, и когда он прошел, она сказала:

- Где ты был? Почему не позвонил? Я имею право знать!

Он повернулся к ней лицом, ненавидя себя больше, чем когда-либо. Просто покончи с этим. Нежным тоном, он сказал:

- Мне жаль, Пеген, но это на меня не работает.

Шок отразился за мгновение до того, как нервный смех слетел с ее губ.

- Я знаю, что действую как ведьма прямо сейчас. Я волновалась о тебе, это все. Но ты сейчас здесь, значит, я могу расслабиться. Давай выпьем и обсудим что-нибудь еще.

Ведьма? Эви выстрелила бы ему в лицо и назвала бы его шлюхой. И он всегда презирал, когда она использовала это слово, он отчасти предпочитал такой ответ на это. Принято.

Пеген взяла его за руку и подтолкнула вперед. Он развернулся на пятках и сжал ее руку, удерживая на месте.

- Ты задаешь вопросы, которые имеешь полное право спрашивать, - сказал он, - и если бы я был хорошим человеком, то ответил бы на них. Но я не такой и сожалею об этом. Ты заслуживаешь лучшего, чем я могу тебе дать, и ты заслуживаешь лучшего, чем получаешь.

Бледнея, она освободилась от него, чтобы сжать шелк ее платья.

- Что ты пытаешься сказать?

- Я говорю... мы расходимся, все кончено. Мне очень жаль, - повторил он.

- Ты серьезно, - она выдохнула.

- Да.

- Но... но…  есть кто-то еще?

Он дал ей горькую правду.

- Да. - Он был обязан ей во многом, по крайней мере.

Она бросилась на него, схватила его за рубашку и повисла.

- Кто она?

- Это имеет значение?

- Скажи мне. Скажи прямо сейчас. У тебя есть еще кто-то?

- Пеген. Не делай это с собой.

Прошла минута, вторая, и все, что она сделала - тяжело дышала.

- Ты прав. Меня не волнует, кто она. - Ее рука дрожала, когда она закладывала прядь волос за ухо, ее взгляд ни на мгновение не отрывался от него. - Бери ее, или их, выкидывай из своей системы. Я не против. Потом приходи ко мне.

Он разжал ее пальцы от своей футболки и поцеловал костяшки. Так нежно, как вообще мог, и сказал:

- Нет, Пеген. Это наше прощание.

- Но... но… - У нее навернулись слезы на глаза и потекли по щекам.