— Прикуси язык. — Отложив нож, Оливия взялась за бутылочку с уксусом. — Я не хочу слышать слов «частное хранилище» до конца своих дней.

— А как насчет слова «брак»? — тихо спросил Джаспер. От неожиданности Оливия конвульсивно сжала бутылочку, а затем очень осторожно поставила ее на стол.

— За последние двадцать четыре часа ты уже второй раз упоминаешь слово «брак». Пожалуй, это не простое совпадение…

— Я не собирался затрагивать эту тему по крайней мере до следующей недели, но ничего не могу с собой поделать. Ты же знаешь: я во всем люблю ясность и порядок. Пора все расставить по местам.

— Все должно идти своим чередом, — заметила Оливия. Слоун задумчиво кивнул.

— Конечно, можно игнорировать этот вопрос еще долгое время. Но мне кажется… — Джаспер запнулся, подбирая подходящее слово. — Это как ящик твоего стола в офисе «Лайт фантастик».

— Сплошная неразбериха?

— Да. — Джаспер улыбнулся: Оливия ухватила его мысль. — Неразбериха.

— А с чего ты решил, что брак внесет в нашу жизнь больше ясности?

— Я думаю, — Джаспер поймал взгляд Оливии, — что, несмотря на наше сумбурное, неустроенное прошлое, мы с тобой оба знаем, что такое брать на себя обязательства и как им следовать.

— По части обязательств мы с тобой оба напортачили, — напомнила Оливия.

— После долгих раздумий я пришел к такому выводу: прошлые ошибки объясняются тем, что мы взяли свои обязательства не перед теми людьми. Эти люди вкладывали в понятие «обязательства» совсем не то значение, которое вкладываем в него мы с тобой.

— Понимаю, — сказала Оливия, глядя на бутылочку с уксусом, будто на невиданную диковинку.

— Я подумал, что люди с общими взглядами и схожим отношением к определению обязанностей имеют гораздо больше шансов на удачный брак.

— Ты упоминал как-то о браке по расчету. Если ты считаешь, что с «Глоу» все станет проще в случае нашей женитьбы, то…

— Не передергивай, — перебил Джаспер. — Я не считаю нашу женитьбу браком по расчету. Я просто чувствую, что иначе мы сведем друг друга с ума.

— Пожалуй, я соглашусь на брак, — загадочно улыбнулась Оливия, — если никто из нас не потащит рабочие проблемы домой.

Заглянув ей в глаза, Джаспер ощутил, как все вокруг него стало красно-синим и куда-то поплыло. Он словно стоял на крыше небоскреба и ловил зубами пули.

— Договорились, — кивнул он. — Дела будем оставлять на работе.

Оливия открыла глаза и посмотрела на светящиеся цифры будильника на прикроватном столике. Два часа ночи. Она села на кровати.

— Боже правый, Джаспер, я только что поняла, что нам, возможно, не удастся пожениться.

Лежавший рядом Слоун что-то буркнул в подушку, но не повернулся. Она посмотрела на любимого: в свете городских огней виднелись его мощные плечи, густые темные волосы.

— Джаспер? Ты слышал, что я сказала?

— Угу.

— Скажи что-нибудь.

С минуту помолчав, Слоун наконец невнятно промямлил в подушку:

— Ладно. Почему мы не сможем пожениться?

— Все будут думать, что я выхожу за тебя замуж из-за «Глоу», — мрачно заявила Оливия.

— У тебя уже есть сорок девять процентов акций, — устало вздохнул Джаспер.

— Сорок девять процентов — это не контрольный пакет.