— Забавно, но я тоже хотел у тебя кое-что узнать.

— Что?

— Ты посылала кого-нибудь обшарить мою квартиру вчера вечером, пока мы ужинали?

На другом конце линии наступила гробовая тишина. Молчание не нарушалось даже прихлебыванием кофе. Джаспер весь напрягся в ожидании ответа.

«Я ничему не удивлюсь, — подумал он. — Если только она не вздумает солгать».

— Думаю, — осторожно выдохнула Оливия, — нам надо срочно поговорить.

— Мы и так говорим.

— Нам следует поговорить с глазу на глаз. Встретимся на Маркете, в кафе-эспрессо, где ты нашел меня вчера. Через десять минут.

— Оливия, в чем, черт возьми, дело? У меня нет времени на очередные игры в рыцарей плаща и кинжала.

Ответа не последовало. Оливия уже повесила трубку.

— Обыскали твой кабинет? — Оливия стиснула в руках маленькую чашку с крепчайшим эспрессо и резко подалась вперед. — Проверяли твои компьютерные файлы? Ты не ошибся?

Неторопливо вскрывая пакетик фруктозы, заказанный им к кофе, Джаспер бросил на Оливию предостерегающий взгляд.

— Здесь общественное место. Нельзя ли потише?

Оливия мгновенно оглядела близстоящие столики и понизила голос:

— Ты действительно думаешь, что вчера вечером кто-то проник в твой дом и просмотрел твои личные записи?

— Тут одно из двух: либо кто-то обыскал мой кабинет, либо я заработал полноценную паранойю.

Оливия подняла глаза.

— О паранойе — это серьезно?

— А ты не ошибаешься насчет следов? — игнорировал ее вопрос Джаспер.

— Нет. — Оливия быстро хлебнула эспрессо. — Нет никаких сомнений, что на ковре под стойкой моего компьютера появился след мужского ботинка. Но, честно говоря, я понятия не имею, что незваный гость там делал. Пользовался ли кто-нибудь моим компьютером, с точностью не могу утверждать.

— А как насчет жесткого диска? Содержимого ящиков? Есть какие-нибудь признаки, что их кто-то просматривал?

— Не знаю. Разве кто-нибудь может точно определить, что в лежащих у него в шкафу папках рылись?

— Тот, кто серьезно относится к организации труда, способен понять, что его документы побывали в чужих руках, — очень сухо заметил Джаспер.

— Может, обойдемся без лекции по делопроизводству?

— Что ж, приберегу ее до лучших времен. — Джаспер бросил в чашку кусочек фруктозы и сделал большой глоток. — Итак, утром ты обнаружила на полу след мужского ботинка и пришла к выводу, что это я интересовался содержимым твоего компьютера. Мне обидно. Очень обидно.

Оливия не могла объяснить внезапную перемену в настроении Джаспера. Раньше, во время телефонного разговора, он был сдержан, холоден, почти груб, а теперь почему-то развеселился, что никак не вязалось с происходящими тревожными событиями.

— Не сердись на меня, Слоун. Ведь и ты сам, вернувшись домой на Бейнбридж, подумал о заговоре. Ты действительно решил, что я наняла кого-то обыскать твой кабинет? Сердечное тебе спасибо.

К великому удивлению Оливии, Джаспер весело усмехнулся.

— Отличные у нас с вами деловые отношения, мисс Чантри. Море доверия.

Его ничем не оправданное веселье подействовало на взвинченные кофеином нервы Оливии как катализатор.

— Зарубите себе на носу, Слоун, если бы я надумала обыскивать ваш кабинет, то, может быть, и согласилась бы на ужин с вами, пока кто-нибудь сделает эту грязную работенку…

— Ах, вот как?

— Но никогда, ни за какие коврижки не стала бы целоваться!

Джаспер долго и пристально смотрел на Оливию.