Главное, с тех пор потомки блинковского пра научились всякой всячине, о которой даже и не подозревает самый высокий воин. Блинков-младший, конечно, тоже о многом не подозревает, но по сравнению с индейцами он великий мудрец. И дурак он будет, если со всеми этими знаниями – да не победит!
– Погоди, я скоро, – сказал Блинков-младший, похлопав Оау по спине. Маленький индеец еще не успел подняться после блинковской подсечки. Он стоял на четвереньках и ошарашенно мотал головой.
Сидевшие у костра потеснились, пропуская Блинкова-младшего. Самый высокий воин поджидал его, скрестив руки на груди. Ему показалось очень смешным, что шори Блин подходит согнувшись и широко расставив руки. В следующую секунду Блинков-младший поймал его ногу под коленом, дернул, и самый высокий воин с застывшей на лице улыбкой полетел кувырком!
Что тут началось! Весь шабона: и воины у костра, и женщины, отошедшие с невестами в сторону, и дети, и сам тушуауа – все закричали, застучали копьями по трубкам. Некоторые стали плясать от полноты чувств, а другие повалились на спину и дрыгали ногами.
Самый высокий воин от ярости катался по земле и кричал громче всех. Конечно же, он кричал: «Нечестно!» – ничего другого ему не оставалось.
Тушуауа подошел к Блинкову-младшему, погладил его по плечам и подтолкнул к самому высокому воину. Это можно было понять так, что вождь, конечно, уважает его победу, но просит повторить, чтобы уж ни у кого не осталось сомнений, что шори Блин сильнее всех.
Индейцы замолчали. В костре тихо потрескивали ветки и шипел пар от зарытой в золу рыбы.
Самый высокий воин поднялся, и они с Блинковым-младшим сцепились, как положено по индейским правилам.
С первых же мгновений Блинков-младший почувствовал, что легкой победы не будет. Самый высокий воин так и впился ногтями ему в плечи и сразу начал давить. Он, конечно, был сильнее, потому что вырос в сельве и целыми днями охотился, а не сидел за компьютером. Мускулы у него были как деревянные.
Но Блинков-младший знал, что умный борец всегда использует силу противника. Сначала он сопротивлялся, а потом вдруг сбросил свою правую руку с плеча самого высокого воина, а левой как следует его толкнул. Самый высокий воин крутнулся на месте, и Блинков-младший подставил ему подножку. Воины у костра в один голос ахнули – самый высокий воин летел прямо на них. Если бы эта компания сидела на шаг ближе, он рухнул бы споткнувшись о чьи-нибудь ноги. А так ухитрился затормозить и прыжком повернулся к Блинкову-младшему. Лицо у него было презлющее.
Все повторилось: Блинков-младший и самый высокий воин вцепились друг другу в плечи и стали толкаться. Но теперь самый высокий воин был начеку и на уловки не поддавался. Он буквально вдавливал Блинкова-младшего в землю, а Митька-то уже устал и еле держался. Пот заливал ему глаза и щекотно сбегал по носу, коленки тряслись. Со свежими силами он попытался бы сделать самому высокому воину подсечку, а сейчас не мог, упустил момент. Для подсечки пришлось бы оторвать от земли ногу, а на одной ноге Блинков-младший не устоял бы. Краем глаза он видел бледное Иркино лицо. Она стояла за спинами воинов, прижав к груди руки, и неслышно шевелила губами.
«Ну, еще минуту ты, может, и продержишься, – холодно сказал себе Блинков-младший, – и все пропало, Бобик сдох. Придумай что-нибудь».
Он знал, что у него в запасе только один прием. На второй не хватит сил.
Самый высокий воин почувствовал, что противник слабеет, и навалился, возя ногами по земле. Изо рта у него сладко пахло бананами.
Будь что будет! Блинков-младший ослабил хватку и резко присел. От неожиданности самый высокий воин выпустил его плечи и перевесился, через Блинкова-младшего, как плащик через веревку. Блинков-младший выскользнул из-под этого плащика, отскочил, обернулся, но еще раньше на все голоса загалдели индейцы. |