А вот, например, Инге предложить проделать то, что для этих девчонок — норма и откровенное удовольствие, даже и язык как-то не повернется. И, конечно, именно поэтому для нее «Отелло» — всего лишь спорный и скандальный спектакль. Оттого и думает она не о будущем произведении и его создателе, а, в первую очередь, о себе и своем будущем. О семье, о браке, — это естественно. И ее, в общем-то, не стоит казнить за такое непонимание. Но как постоянная любовница, она, разумеется, превосходна. Так и не следует грузить ее проблемами, надо оставить ей то, в чем она действительно совершенна, и всячески поддерживать в ней эту уверенность. И обещать, обещать, не стесняясь, если что-то не получится. Больше искренних интонаций! От этого еще никто не умирал…

Но, подумал он, довольно мазохизма, — расслабился, отдохнул и — за дело… Девчонки с нетерпением ждут красивого продолжения! И что нам, в конце концов, всякие мелкие неудачи!

Жизнь потекла, точнее, резво поскакала дальше…

Под утро Бруно «запросился» домой, у него была назначена у какого-то галериста ответственная встреча, о которой он не стал распространяться. Девочки неохотно, но с пониманием, отпустили его и немедленно перекинули свои заботы на вальяжного «барса». Так назвала Петера одна из начитанных девушек — Ильзе, которой он, по ее словам, напомнил это красивого и благородного, но очень опасного зверя. Петеру безусловно понравилось.

А девушки, как он уже успел выяснить, оказались медсестрами из санатория в Кемери и взяли себе отгулы, поэтому и никуда не торопились. В их ловких и старательных руках Петер мог позволить себе провести даже некоторые сравнения с теми ощущениями, которые испытывал с Ингой, и отметил с удовольствием, что опыт и энергия женщин средних лет заметно перекочевывают в это молодое поколение. И когда увидел, что только необходимые дела заставляют его остановить «роскошное пиршество», окончательно решил не терять новых знакомых — таких активных и чистеньких. Уезжая от него на такси, которое он вызвал д ля них, каждая девушка получила от него по небольшому конвертику, так, пустяки, по паре сотен евро — не в качестве какой-то оплаты, — упаси, Боже! — а исключительно из глубокой человеческой благодарности. Они попытались сделать вид, что провели с ним и его другом ночь вовсе не из-за денег, ссылаясь на то, что не могли и мечтать о таком тесном знакомстве с самим великим режиссером! Но Петер оценил их кокетство и, настаивая, чтобы они приняли от него «сувенирчики», охотно записал оба их телефона, твердо решив почаще напоминать им о себе. Да и открытие сезона не за горами, а с билетами проблемы не возникали. Было бы очень неразумно с его стороны прерывать, мало того что восхитительное, но и просто необходимое в определенных ситуациях, знакомство.

А девушки были польщены и обходительностью, и широтой души восхитительного и умелого партнера, как они уверяли его, страстно и со вкусом обцеловывая перед уходом и обещая по первому же звонку… ну, как это положено у самых близких друзей. А уж ближе, чем сегодня были они, трудно и придумать…

Вот ведь — простые девчонки, но в них же бездна изысканного такта и сердечной благодарности!

«Ах, Инга, Инга, как ты бываешь, однако, неправа!.. Сколько драгоценных ощущений теряешь из-за своей нелепой строптивости! И — заметь! — не в первый раз!»…

Глава пятая

ПЕРВЫЙ АКТ ДЕЙСТВИЯ

Прошло два дня. Инга не ожидала так скоро услышать голос Петера — спокойный, добрый, деловой, такой, который ему свойственен, когда он по горло занят работой, но помнит о своих обещаниях.