…Поскольку не было никаких гарантий, что ее гордость позволит ей снести последствия того, что она останется здесь еще хоть на секунду!

— Эстелл, что я тебе сделал, чтобы заслужить такое обращение?

— Что ты хочешь сказать? — Открыв рот от изумления, она замерла на месте, пораженная не столько его словами, сколько откровенным отчаянием, с которым они были произнесены.

— Ты считаешь, что нет никакого смысла рассказывать мне, почему ты, не сказав ни слова, уехала из Дан-Лэре? — печально спросил он. — Но нравится тебе это или нет, мы были любовниками! Тем не менее, когда я зашел в магазин, ты вела себя так, словно мы впервые встретились. Мне кажется, это лучший ответ на вопрос, сожалеешь ли ты о том, что случилось с нами. — Он подошел к ней и, взяв за плечи, повернул к себе лицом. — Ты сожалела об этом в первый раз, а потом — во второй! А как на этот раз?.. Мне кажется, с нами так будет всегда, Эстелл… Или ты хочешь найти кого-нибудь, кто вылечил бы тебя от меня?

— Способом, которым ты собирался вылечить меня?.. — вырвалось у нее.

— Эстелл, я даже не предполагал, что женщина в здравом уме попадется на такую грубую уловку, — заявил он с пугающей искренностью. — Но ты оказалась исключением…

Внезапно она поняла, что не в силах больше сдерживаться, оперлась на него, и по ее щекам быстро покатились слезы.

— Я должна идти, — с трудом выговорила она сквозь подступившие рыдания. — Будет лучше, если я уйду…

— Лучше для кого? — хрипло спросил он. — Разумеется, не для меня и, что бы ты там ни хотела скрыть, это также не пойдет на пользу тебе. — Он немного отстранился и снял с нее пальто. — Давай сядем рядом и выпьем чего-нибудь крепкого.

Он отвел ее в гостиную и усадил на софу с множеством подушек. Потом зажег настольную лампу и, встав на колени, снял с нее туфли.

— Забирайся с ногами, а я приготовлю выпить, — сказал он, поднимаясь. — Бренди подойдет?

Эстелл подобрала ноги под себя и уткнулась головой в подушку, не в состоянии ответить даже на такой простой вопрос.

— Как бы то ни было, я остановился на бренди, — вернувшись, объявил Стивен. Он вручил ей сначала коробку бумажных салфеток, а потом бокал и сел рядом.

Эстелл промокнула лицо салфеткой и отпила немного бренди.

— Неужели ты не мог остаться один? — спросила она устало. — Теперь будешь жалеть, и это послужит тебе хорошим уроком!

— Ты сама признаешь, что не понимаешь хода моих мыслей, — спокойно заметил он. — Так почему же считаешь, что можешь судить о том, чего я хочу? Я нахожусь в сходном положении, но я хотя бы пытаюсь понять тебя!

Эстелл сделала еще один глоток и ощутила, как приятное тепло медленно разливается в ее груди. Она переменила позу и обняла руками колени. Настало время разобраться и покончить с этим, подумала она, закрывая глаза и стараясь собраться с силами, чтобы начать решающий разговор.

— Я не хотела, чтобы ты понимал меня! — невольно вырвалось у нее. — Все, что я старалась внушить тебе, — не более чем груда лжи! — Она глубоко вздохнула, стараясь успокоиться. — Я бы спасла себя от ужасной участи… если бы, поступившись своей гордостью, сказала правду, когда впервые встретила тебя. — Эстелл сделала паузу, еще раз глубоко вздохнула и рассказала ему все, что предшествовало их неожиданному знакомству в Брайтоне.

Когда она закончила, Стивен поднялся с бокалом в руке и, молча подойдя к высокому зарешеченному окну, стал рассматривать улицу внизу.