— Тимур, понесёшь ствол.

Тот кивнул и забрал у Чека тяжёлую машинку. Кот, который в миру был Володей Кошкиным, поднатужился и поднял Карину на руки.

— Давай только поторопимся, — попросил он, — я не в лучшей форме.

Чек кивнул.

— Привал закончен, — громко и чётко приказал он. — Если будем бодро шевелить ногами, через час окажемся на месте, а то и меньше. Там вас ждёт вода и еда, вы сможете отдохнуть, а потом мы вместе решим, как жить дальше. Вперёд.

Люди, приободрённые такой речью, поднимались и медленно шли за Ярославом, который теперь занял место сестры во главе колонны.

Проблемным на этом участке было только одно место — там, где нашли обгрызенный мутантами труп спутника Графа. У обитателей бункера так и не хватило времени, чтобы проверить этот тоннель, но всё прошло хорошо, Чек прикрывал, пока остальные топали к решётке. Он бросил озадаченный взгляд на сестру, та так и не пришла в себя, но шла самостоятельно, в один момент она вдруг слезла с рук Кота и пошла рядом. Вот только осмысленности в её взгляде не прибавилось, шла, словно спала на ходу, уставилась в одну точку и механически передвигала ноги, несколько раз поскальзывалась на плесени, но бдительный Кот успевал её подхватывать.

И вот, наконец, массивная дверь, которую они вешали вместе с Климом. Условный стук, запорные штыри входят внутрь, и на них уставилось дуло автомата. Бывший главный безопасник Убежища был верен себе, он выглядел гораздо лучше, хоть и ходил с трудом, неподалеку от двери стоял стул, валялся матрас и пара банок тушёнки, Шлык ждал их возвращения. Он пропускал внутрь по одному, светя фонарем в глаз, и только после этого человек переступал порог. Всё это время в пузо проверяемого был упёрт пистолет.

— Где Клим? — спросил он сурово, когда Чек переступил порог, ведя под руку Карину.

Ярик только покачал головой, а Плеть, услышав имя, дернула щекой, словно судорога прошла.

— Плохо это, — качая головой, произнёс бывший капитан росгвардии. Он привык к гибели бойцов, но эта потеря сильно ударила по боеспособности их непонятной команды. — Плохо, — ещё раз повторил Шлык. — Таран был нашим самым главным активом. Но сделанного не воротишь. Что там вообще произошло? Где остальные?

— Больше никто не выбрался. Сначала давай с людьми разберёмся, а потом я все расскажу.

— А за спиной у тебя что? — поинтересовался Петрович.

— Подарок от инопланетян, Клим отдал перед самым концом, сказал, что башкой отвечаю. Только вот не перед кем больше отвечать.

— Карин, ты меня слышишь? — позвал Шлык.

— Не старайся, — бросив на сестру тревожный взгляд, остановил Ярик безопасника. — Она то ли в шоке, то ли головой поехала после гибели Николаева, сначала вроде собралась, помогала народ вести, а как лесенки прошли, словно отключилась. Вроде слышит, механически ногами двигает, но точно не здесь. Шепчет что-то, разговаривает, едва губами шевеля, не понятно, правда, ничего, но не сложно догадаться, кто её собеседник.

— М-да, за…сь сходили, — сплюнул Петрович и закрыл дверь. — Пошли, отведём людей на гостевой уровень, надо их в порядок привести. Все в лифт не влезут, придётся поработать лифтёрами. Из мужиков что, больше никто не спасся? Я хотя бы на пять бойцов рассчитывал.

— Москва выжил, но при отходе лишился ноги и остался прикрывать. Нет его больше.

— Слушай, а хорошие новости у тебя есть?

Чек покачал головой.

— Нет у меня хороших новостей, кое-что приобрели, но больше потеряли.