Болан медленно покачал головой.

— Чем раньше, тем лучше, — пробормотал он. — А через сколько времени я смогу выйти отсюда?

— Операцию можно сделать без общего наркоза, только с местной анестезией, — ответил Брантзен. — Тебе даже не придется ложиться, если не хочешь, но при условии, что ты достаточно крепок. Я бы предпочел подержать тебя здесь несколько дней для послеоперационного наблюдения.

Болан обдумал это предложение и ответил:

— Я уже был ранен, Джим. Не думаю, что на этот раз будет больнее. Только мне бы не хотелось застрять у тебя надолго. Мне нужно постоянно быть в движении.

— Думаю, что с этим у тебя проблем не будет, — задумчиво ответил Брантзен. — Особенно, если ты хорошо перенесешь операцию.

— Через сколько времени исчезнут шрамы?

Брантзен улыбнулся.

— Метод, который я применяю, оставляет только маленькие, едва заметные следы тут и там, — хирург коснулся пальцем указанных мест и продолжил:

— Эти участки зарубцуются последними, кроме, быть может, носа. Сроки заживления у каждого человека индивидуальны, но я думаю, ты будешь иметь презентабельный вид уже через несколько дней, самое позднее — через неделю. Но болеть будет гораздо дольше. А поскольку я работаю с пластиком, могут возникнуть проблемы с отторжением.

Болан мельком взглянул на часы.

— Ты сказал, что можно начать в шесть часов. А нельзя ли пораньше?

— Что, Мак, свора бежит по следу? — мягко спросил хирург.

Болан криво усмехнулся.

— Они не очень далеко. Я не могу оставаться здесь больше нескольких часов. К утру я уже должен быть на ногах.

— Будет больно, — предупредил Брантзен.

— Ничего, я уже свыкся с болью.

— Да, я в этом не сомневаюсь. Ну, ладно… Я потороплю Мардж, но мне бы не хотелось, чтобы у нее возникли какие-либо подозрения. Уж больно хорошо твое лицо известно сейчас публике. Лучше, конечно, если к ее приходу ты уже будешь подготовлен к операции. Тогда она нипочем тебя не узнает.

— А мы бы не смогли обойтись без нее? — тихо, почти нежно спросил Болан.

— Ну… — заколебался хирург. — То есть…

— Я видел, как ты в одиночку оперировал вьетконговца. Помнишь, он еще орал диким голосом.

— То был экстренный случай, особые условия, — возразил Брантзен.

— А теперь разве нет? — с улыбкой спросил Болан.

Хирург задумчиво посмотрел на Мака, потом едва заметно улыбнулся и заявил:

— Согласен, сержант. Пошли готовить жертву. Пошли, старик, да поживей!

Болан встал и протянул рисунок Брантзену:

— Жертва готова и ждет указаний, доктор.

Глава 6

Бывший горняцкий поселок, откуда шахтеры ездили на работу в Долину Смерти — Палм-Вилледж, со временем стал торговым центром у самого края пустыни, обслуживающим весь этот небогатый сельскохозяйственный район. Сам поселок, удаленный от автострад и прогресса двадцатого века, вновь обрел известность в пятидесятых-шестидесятых годах, когда торговцы недвижимостью чуть было не превратили это спокойное место во второй Палм-Спрингс. Муниципальный совет положил конец этому буму, призвав на помощь законодательство штата, и тем самым охладил энтузиазм спекулянтов. В результате Палм-Вилледж значительно вырос, сохранив, однако, свой прежний шарм, и превратился в город пенсионеров и любителей пустыни. И лишь старый район города — Лоудтаун — решительно сопротивлялся вторжению двадцатого века.

В нем было полно салунов и старинных пивных, которые посещали ковбои и фермеры со всей округи.