Вместе с драконами в сражение шли кадейнский полк Альфа и Третий пеннарский полк. Кроме того, свежие кавалерийские силы должны были прикрывать колонну с флангов.

За стенами уже были приведены в действие вражеские осадные машины, вокруг города расстилалось широкое поле факельных огней. Глухой звук барабанов и ритмичный рев поющих глоток наполняли воздух.

Баксандер выжидал нужного момента. Ему доложили, что кубханские силы уже заняли места на стенах. Его собственные люди были отведены назад, готовые по первой необходимости закрыть прорыв. Даже чардханские рыцари согласились с его планом и сейчас выжидали в резерве, готовясь или пешими пойти на стены, или, вскочив на коней, выйти вслед за драконами.

Враги долбили стены метательными снарядами. Аргонатские лучники совместно с кубханскими нанесли наступающим большой урон, но гигантская толпа, казалось, не замечала потерь.

Новый залп осадных машин ударил по привратным башням. Множество лестниц со стуком ударились о городские стены. Крэхинцы приготовились к решительному штурму.

<style name="super">      Глава       </style>

<style name="super">тридцать первая</style>

аступающая толпа с ревом стала переваливаться на стены Кубхи. Крэхинцы начали атаку в трех местах, предварительно ослабленных осадными машинами. Они привезли еще несколько осадных башен. Бой на стенах шел отчаянный, и кубханцы быстро стали сдавать. Баксандер боялся, что долго они уже не продержатся.

Рожок пропел команду. Драконы выстроились при свете факелов.

– Хорошо, – фыркнула Альсебра, – ненавижу стоять кружком.

– Согласен. Ждать гораздо хуже, чем сражаться, – отозвался Базил.

Пурпурно-Зеленый выразил свои чувства громким рычанием, которому предшествовало долгое шипение. Дикий дракон ненавидел ожидание перед боем. Он вращал огромными глазами, выискивая жертву, на которой он мог выместить свою ярость. Молодые драконы всегда старались соблюдать осторожность, когда им доводилось сражаться бок о бок с диким крылатым великаном. Они обменялись взглядами, но промолчали.

– Вперед марш! – наконец прокричал Уилиджер.

Эскадроны двинулись по проспекту, ведущему к главным воротам. Над воротами, освещенные факелами, пылающими снаружи, метались защитники. Драконы ясно видели колышущиеся над головами копья, пролетающие камни и стрелы.

Вскоре стрелы стали падать и среди легионеров. В шлем Пурпурно-Зеленого стукнулся камень. Уворачиваясь от удара, Уилиджер спрятался под навесом ворот. Все новые стрелы летели в драконов, впиваясь в их джобогины и отскакивая от доспехов. Драконопасы повернулись к Уилиджеру в ожидании команды. Релкин потерял терпение.

– Драконы, поднять щиты над головой! – приказал он.

И был немедленно награжден яростным взглядом Уилиджера, но драконы уже прикрылись щитами, тем самым обезопасившись от стрел.

Уилиджер собирался что-то сказать, как вдруг страшный скрежет металла по дереву возвестил о том, что ворота пали. Уилиджер уставился на широкий проем, Релкин был забыт. В темноте провала расстилалось море белых одежд и факелов и угадывались яростные чернокожие лица.

В нагрудную пластину доспехов Базила стукнул камень. Релкин и остальные оглянулись на Уилиджера, но тот с каким-то странным восхищением взирал на толпу в белых одеждах.

Затем запели полковые горны, и Уилиджер упустил свой шанс проявить инициативу. Драконы выставили щиты перед собой и бросились через ворота наружу.

Горны пропели новый сигнал, и драконы побежали. Земля задрожала под их ногами. Рядом с каждым гигантом бежал драконопас, как маленькая луна рядом со своей планетой.