— Чёрт побери, пирауста, — пробормотал Отелло, с намеком на ревность в голосе. — Это будет отлично.

Флетчер опустился на колени и погладил голову Игнатуса, затем отступил назад и удивленно посмотрел на свою ладонь. Кожа саламандра была прохладная на ощупь.

— Он холодный, — сказал Флетчер, нахмурив лоб. — Он никогда не бывает холодным.

— Странно, — сказала Сильва, присев рядом с ним. — Можно мне?

Обычно было табу касаться демона призывателя, по крайней мере, в любом другом случае. Флетчер кивнул, и она провела рукой по спине Игнатуса. Флетчер почувствовал непроизвольный импульс удовольствия, и его лицо покраснело. Он отвернулся и занялся своей кожаной курткой на плечах матери, надеясь, что Сильва не заметит.

— Это странно, — пробормотала эльфийка. — Но удачно — возможно, поэтому он смог захватить пирауста.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Флетчер.

— Ну, большинство призывателей теоретизируют, что они способны много чего обнаружить своими антеннами. Тепло — это, пожалуй, самое увлекательное. Некоторые говорят что они могут чувствовать самые небольшие вибрации воздуха, даже обнаруживают влажность. Большинство согласны, что их слух, обоняние и нюх так же хороши или лучше, чем у канид. Должно быть, тело Игнатуса было в замешательстве. Держу пари, здесь не так много хладнокровных демонов.

Флетчер усмехнулся и посмотрел на пирауста. Действительно удачный улов.

— Как ты думаешь, Игнатус может изменять температуру по своему усмотрению, или это что-то еще? — спросил он.

Флетчер оценил хвост Игнатуса, который казался, стал ещё длиннее, чем раньше. Были ли его лопатки более крупными, чем у черной саламандры Хана?

— Сильва, как ты думаешь, он становится больше?

Сильва не расслышала его, занятая осмотром прекрасного демона. — А? — сказала она, обернувшись. — Полагаю, что так. Он хорошо питался.

Флетчер не мог понять. Возможно, это было странной реакции на то, что произошло в лаве под пирамидой. Или так повлияло возвращение в эфир? А может употребление плоти демона? О саламандрах было мало известно, это может быть какой-то один или комбинация всех факторов.

— Кто будет использовать его? — спросила Кресс с нетерпением.

— Не я, — сказала Сильва, взъерошивая голову Лисандра. — Этот прекрасный грифон десятого уровня. Я сомневаюсь, что у меня достаточно уровней призыва, чтобы захватить пирауста, однако несколько уровней осталось.

— Я считаю — этот вид второго уровня, — сказал Отелло, стоя на коленях и осматривая захваченного демона. — Может третьего. У кого есть свободные уровни призыва? Я проверил себя перед турниром — сейчас у меня четырнадцатый уровень.

— У меня десятый, пять свободно, — сказала Кресс, с надеждой.

— Искатели, верно, Флетчер? — спросила Сильва, покачав головой.

Но Флетчер не был так уверен. Отелло нуждался в таком демоне, как пирауста, таком быстром, лёгком и полезном. Соломон, каким бы могучем он ни был, но он не был универсальным демоном. Голем был кувалдой для скальпеля пирауста.

Отелло был его лучшим другом, его союзником во всём. Он был обязан гному и его семье. А зачем, собственно, Флетчеру нужен пирауста? Мало пользы в бою от того, чей укус больше похожий на укус клеща, а Афина, хотя и ранена, уже была хорошим разведчиком. Другой ему не нужен. Нет. Это должен быть Отелло.

— Это будешь ты, Отелло, — сказал Флетчер ухмыляясь. — Тебе это нужно больше, чем мне. В любом случае, я даже не знаю, достаточно ли много у меня уровней призыва.