Он снова засмеялся, но Флетчер увидел, он не отводил глаз. Орк дразнил его. Слова задели Флетчера до глубины души, но он сдержал гнев. Ему нужно, чтобы орк потерял самообладание, и убрал щит. Как раз, чтобы успеть выстрелить.

— Я Флетчер Ралейг, и я тот ребёнок, — демонстративно сказал Флетчер. — Я убил твоих гоблинов и похоронил демонов твоих шаманов в руинах твоего святого места. Я скопировал твои ключи от эфира и украл твоих рабов. Я. Просто мальчик.

Теперь была его очередь смеяться, хотя это чувствовалось не искренне и вынужденно.

Лицо Хан было невозмутимым, но Флетчер заметил, что он попал, потому что рука орка сжалась на макане. Флетчер продолжал.

— Ты привел всех своих виверн, чтобы выследить меня. Бьюсь об заклад, наши силы разгуливают по вашей родине, в то время как мы, по другую сторону мира, ведём с вами веселую погоню. Держу пари…

— Хватит! — Хан ударил кулаком в сторону щита. Тот немного треснул. — Твоя мать была собакой, которую мы кормили объедками, — прошипел он сквозь щит, разбрызгивая слюни изо рта. — Она лаяла для нас и спала в своей грязи. Мы избивали ее ради удовольствия, пока она не теряла сознание, затем мы били еще немного. Я ссу на её память.

Флетчер отшатнулся от внезапного потока ненависти, всё притворство его бравады забыто.

Как бы удивленный собственной вспышкой, Хан откинул в сторону свои длинные волосы и отступил. В глазах был безумный блеск, и он ворвался в улыбку.

— Где твой демон? — спросил он.

— Умер, — ответил Флетчер, его мысли путались. — И он взял с собой много ваших демонов.

Это тоже имело смысл: Флетчер был один и не имел маны, чтобы создать собственный щит.

— Канид, да? — размышлял Хан. — Позор, а я надеялся…

Он сделал паузу, затем продолжил.

— У кого из вас саламандра? У твоего друга?

Он указал в сторону улетевшей Сильвы. Вопрос был случайным, но он слишком внимательно наблюдал за Флетчером.

Всё что мог сделать Флетчер, это не смотреть в сторону лавы. Игнатус до сих пор пульсировал с маной. Трудно было думать, потому что сознание демона становилось настолько большим, что Флетчер боялся за свой разум.

— Ну? — спросил Хан.

Флетчер не ответил, просто встретил взгляд Хан так уверенно, как только смог.

— Не важно, я найду его достаточно скоро, — заявил орк.

— Какое тебе дело? Ты хочешь ещё одного такого? — спросил Флетчер.

На этот раз настала очередь Хана выглядеть удивленным.

— Мы видели вас с ним, в центральном зале. Когда прятались на балках под потолком.

Хан с раздражением сморщил нос.

— Саламандры — моя собственность, по праву рождения, — проворчал Хан. — Это написано на стенах нашего храма.

Флетчер посмотрел на трещину. Еще один удар может позволить Афине достаточно быстро прорваться. Дырка будет достаточна для того, чтобы он выстрелил из Пламени. Он все еще держа пистолет с боку, он вернулся к наступлению.

— Я видел эти резные фигурки, — сказал Флетчер с пренебрежением в голосе. — Из того, что я видел, саламандра могла принадлежать такому уроду, как ты, или человеку. Не то чтобы в саламандре нет ничего особенного. Мощный для пятиуровневого демона, но виверна съела бы его на завтрак. Или канид, если на то пошло.

— Не говори о вещах, которых не понимаешь, — прорычал Хан. — Это не то, чем саламандра является сейчас, это то чем она может стать.

— Ты говоришь из своей задницы, — сказал Флетчер, пожав плечами.