Майк с любопытством стал рассматривать дочерей, о которых он так давно хотел что-нибудь узнать. Они были похожи и в то же время нет; Мария-Кристина была блондинкой, с яркими лучистыми глазами и живым, немного настороженным выражением лица; тогда как большие глубокие глаза Елены смотрели в камеру без тени улыбки – в ней не было ничего от оживленности сестры.

– А это – Александр, – сказала Ария, показывая коричневатую фотографию мальчика примерно лет шести, одетого в норфолкский пиджак и бриджи. Два великолепных ружья лежали перед ним на столе. Майк также увидел несколько фото Энджел с дочерьми, уже немного подросшими. Но он не нашел больше ни одной фотографии Александра. И не было ни одного снимка, где был бы муж Энджел.

– Думаю, она пыталась с ним развестись, – сказала Ария. – Но как бы там ни было, она вернулась жить в Калифорнию и не приезжала сюда, пока он не умер. Кажется, никто толком не знает ничего об этом. Если бы их гордость не заставляла их скрывать свои скандальные истории даже от семьи… сегодня мы знали бы правду.

– Но все равно что-то начинает проясняться, – сказал Майк, вспоминая крупицы информации, которые он получил от разных людей. Все, что требовалось – еще немного ключевых фактов, и он сможет заполнить еще одну белую страницу жизни Поппи. Он был почти уверен, что найдет здесь нечто – нужно быть просто терпеливым и искать. Не нужно спешить с выводами и отчаиваться.

Уже совсем стемнело, мелкий дождь со снегом моросил за окном.

– Уже поздно, – улыбнулась Ария. – Нам пора возвращаться.

– А не могли бы мы остаться? – спросил он неожиданно. – Мы ведь еще и не искали…

Она колебалась.

– Маме не понравится это – ведь здесь нет ни ее самой, ни Фьяметты… Но вы можете здесь остаться – я скажу Альфредо и его жене, чтобы они приготовили для вас комнату и помогли, если понадобится. Вы можете работать столько, сколько сочтете необходимым.

– Может быть, мне лучше вернуться вместе с вами? – засомневался Майк, вспомнив, как она была напугана по дороге сюда.

– О, не беспокойтесь, со мной все будет в порядке, – убеждала его Ария. – Я спокойно доеду, а потом сяду на водное такси от Пьяццале.

Майк помахал ей рукой на прощание, но на душе у него было неспокойно. Наверно, ему надо было поехать вместе с ней, но библиотека, да и весь большой дом, казалось, все же таили в себе секреты, которые ему не терпелось разгадать. Он должен узнать побольше о Поппи. Он хочет это узнать.

Альфредо развел огонь в камине и задернул зеленые бархатные занавески. В библиотеке стало тепло и уютно. Потом он принес на серебряном подносе и поставил на маленький столик бутылку «Джэк Даниэл'з» и графин превосходного бренди. Майк сел у огня и попытался представить себе семейство Ринарди на рубеже веков – Энджел и ее красивый муж, их дети… Он знал теперь так много об Энджел, и даже кое-что о Поппи. Единственная особа, о которой он не знал ничего – это был Фелипе Ринарди.

Он потягивал бренди и думал о Фелипе, человеке, который взялся за реставрацию палаццо Ринарди и виллы д'Оро и потратил минимальное количество денег, хотя эти средства и не были его собственными; о человеке, который держал эту семью в ежовых рукавицах – и все они ненавидели его.

Потом Майк встал и обошел комнату, подошел к книжным шкафам, от пола до потолка заставленными толстыми фолиантами в кожаных переплетах. Около таблички «Р» он не сразу заметил несколько папок, на которых было написано – Паоло Ринарди, «Жизнеописания итальянских поэтов-романтиков».