|
Петри по-прежнему считается героем раннего периода изучения Египта. Он очень многое сделал, чтобы поставить египтологию на прочную основу, разработав так называемую последовательную датировку керамики, позволявшую определить возраст различных культурных слоев во время археологических раскопок После смерти в его честь учредили кафедру египтологии имени Петри в Университетском колледже в Лондоне. Петри также положил конец фантазиям таких «пирамидиотов», как Смит и Мензис. Его исследование памятников и сооружений плато Гиза и по сей день считается авторитетным источником информации; издание 1990 года его основополагающей книги «Пирамиды и храмы Гизы», впервые вышедшей в свет в 1883 году, включало в качестве дополнения статью ультраконсервативного египтолога Захи Хавасса — Генерального секретаря Высшего Совета по древностям.
Несмотря на важную роль, которую сыграл Петри в формировании египтологии, современные египтологи считают его гипотезы относительно применения пил и сверл с рубиновыми и сапфировыми наконечниками, а также токарных станков по меньшей мере немного сомнительными. Даже кураторы Музея Петри в Лондоне, в котором хранятся тысячи артефактов, найденных на территории Египта его основателем, категорически отказались обсуждать со мной эти вопросы, либо полностью игнорируя мои попытки, либо отсылая меня к стандартным учебникам и статьям, посвященным обработке камня в династическую эпоху Египта.
Фараоны,
владевшие современными технологиями
На этом все и закончилось бы, если бы на арену археологического консерватизма не вышел американский технолог и специалист в области использования орудий труда по имени Кристофер Данн. Вдохновленный замечаниями Петри в отношении передовой технологии обработки камня у египтян, он в 1983 году написал дискуссионную статью, озаглавленную «Прогрессивные методы механической обработки в Древнем Египте». Применив свои обширные знания в области изготовления инструмента и обработки камня, проконсультировавшись с независимыми специалистами и коллегами, он довольно быстро принял теорию Петри о применении пил с алмазными наконечниками и токарных станков в эпоху Древнего Царства. Кроме того, он нашел новые доказательства в поддержку этой гипотезы, исследовав строительные блоки; саркофаги и каменные сосуды в Гизе, Саккаре и Каирском музее. Однако на этом Данн не остановился и продолжил исследования, совершив, возможно, самое революционное открытие, касающееся технологии обработки камня в Древнем Египте.
Данн долго размышлял над некоторыми необъяснимыми фактами, отмеченными Петри при изучении разнообразных каменных изделий, которые могли быть изготовлены с применением процесса сверления. Суть этих особенностей заключалась в следующем.
Во-первых, Петри обнаружил, что гранитные стержни, образовывавшиеся в результате применения трубчатых сверл, всегда сужались к вершине, то есть в том месте, где сверло входило в камень, а внешний диаметр отверстия, наоборот, увеличивался.
Во-вторых, Петри заметил, что на гранитных стержнях твердый наконечник сверла оставлял четкие канавки, прочерчивающие поверхность правильной спиралью, не имевшей ни разрывов, ни отклонений. В одном случае такую непрерывную канавку можно было проследить на протяжении четырех оборотов.
В-третьих, Петри обратил внимание — возможно, это самое важное, — что «спиральные канавки в кварце имеют такую же глубину, как и в соседствующем с ним полевом шпате, а возможно, даже глубже». На первый взгляд здесь нет ничего особенного, но для любого геолога это заявление выглядит невероятным. Гранит состоит из трех основных компонентов: кварца, полевого шпата и слюды. Кварц гораздо тверже полевого шпата, и это означает, что сверло должно проходить через него медленнее. Предположение, что расстояние между канавками при прохождении полевого шпата должно увеличиваться, было сформулировано самим Петри:
«Если они [канавки] образованы порошком [то есть абразивным раствором], то на твердых поверхностях, то есть кварце, их глубина должна уменьшаться; если же эти следы оставлены острой кромкой алмаза, то их глубина должна быть одинаковой на всех компонентах. |