— Девочки, мальчишки и прочие неопределившиеся, надеюсь, их среди нас нет, здравствуйте! — скопом поприветствовал я всех студентов, сбившихся в плотную стайку. — Чего такие хмурые? Алёнка, ты чего прячешься? Пошли пожуём!

— Да неудобно как-то, — потупила глаза соседка. — Тут все такие нарядные, а мы и так словно бедные родственники. Увидят у столов, вообще засмеют.

— Неудобно спать на потолке, одеяло сваливается, — отрезал я, даже не думая стесняться. — Если бояться того, что о тебе подумают, и жить будет некогда. Так что айда жрать!

— Быдло, оно и есть быдло, — презрительно скривилась Катерина, одетая в шикарный алый брючный костюм. — Только и мысли — жрать, спать и трахаться.

— Так! — не дала разгореться ругани Таня, выбравшая красивое голубое вечернее платье под цвет глаз, вклинившись между нами. — Давайте сегодня без скандала. Мы на чужом дне рождения и не будем его портить, да, Катя? Тебя в первую очередь касается. Тор тебя раздражает — отойди в сторону.

— Может, мне вообще уйти отсюда? — рявкнула стихийница, но тут же поняла, что переборщила. — Извини. Я…

— Довольно, — тихо отрезала Тарасова. — Делай что хочешь, я больше вмешиваться не буду. И так чувствую себя нянькой. Теперь вы сами по себе.

Блондинка развернулась и ушла. Катерина пару секунд постояла, сжимая кулаки и прожигая меня взглядом, и кинулась следом. Остальные проводили их взглядами, но больше за девушками никто не пошёл, хотя я думал, что Мико всё же не выдержит. Однако японка, очень миленько выглядящая в красивом белом платье, осталась равнодушной и продолжила копаться в телефоне, будто ничего и не произошло. Дара тоже желания успокоить подругу не проявила, а наоборот, подошла к нам с Алёной, хлопнув по плечу.

— Молоток! — маленькое чёрное платье в сочетании с дредами, пирсингом и тяжёлыми берцами производило просто убойное впечатление. — Го хавать, а то всё самое вкусное разметают!

Я полностью поддерживал лучницу, поэтому, взяв на буксир вяло сопротивляющуюся Алёну, мы тут же умотали к столам. Ну что я могу сказать… хорошо быть богатым. Закуски, может, не поражали изысканностью, по крайней мере, засахаренных соловьиных языков и попугаев в меду я не нашёл, но всё же были на высшем уровне. Нежнейшая форель, большие креветки, жареные на гриле, икра, мясо любого вида и фасона, сладости, кондитерские изделия… короче, было где разгуляться.

Правда, мы животы особо набивать не стали. Так, заморили червячка, хотя, как сказала Дара, в моём случае это был питон. Но это она просто завидовала. Сам-то я мог бы съесть больше раза в три, но усилием воли заставил себя остановиться, потому как собирался принять самое активное участие в предстоящих развлечениях. Тем более, пока мы жевали, как раз подошло их время. Но сначала к гостям вышел хозяин банкета.

— Я благодарю всех, кто сегодня пришёл на день рождения моей любимой дочери, — Сергей Тимофеевич с женой и Ледой по бокам вышел на середину зала, держа в руках микрофон. Толпа послушно затихла. — Моя девочка уже совсем большая. Ей исполнился двадцать один год, и с этого момента она полностью совершеннолетняя, и ей можно всё. Даже лизнуть качели на морозе и сунуть пальцы в розетку.

Гости рассмеялись немудрёной шутейке, будто ничего веселее в жизни не слышали. Я тоже пару раз вежливо хмыкнул. Всё-таки кто-то же это сочинял, старался, искал старые шутки в интернете. Пусть человеку будет приятно.