— Извини, подписку давал о неразглашении, — интерес красавицы это всегда приятно, но я с самого начала понимал, что жмётся ко мне она не просто так, ей что-то было надо, другой вопрос, мне-то оно зачем, мне бы со своими девчонками разобраться. — Так что, если снимут гриф, тогда запросто. Одно только могу сказать — мы с ним не дрались. Однако там и на расстоянии божественная мощь ощущалась. И вот от Астериона прёт что-то такое же. Послабее, но тем не менее.

— Потрясающе! — Александра и не подумала отодвигаться. — Ты действительно нечто! Недаром…

— Мой сын, несомненно, талантлив, но это не повод так жаться к нему, — раздался голос мамы, заставив девушку отскочить от меня с испуганным видом. — К тому же у него есть девушка.

— Извините, — гречанка потупилась. — Просто мне было очень интересно узнать подробности.

— Не сомневаюсь, — в голосе мамы звучал неприкрытый сарказм. — Но, если позволите, я хотела бы поговорить с сыном наедине.

— Конечно, — переводчица уже успокоилась и с видом королевы подошла к двери, обернувшись перед ней. — Виктор, надеюсь, мы как-нибудь продолжим нашу беседу. И ты всё-всё мне расскажешь.

— Обязательно… — с дуру ляпнул я, заворожённый качающимися ягодицами, всё-таки сучка была хороша.

— Ловлю на слове, — Александра улыбнулась и, послав воздушный поцелуй, скрылась в комнате.

— Вот же вертихвостка! — мама возмущённо фыркнула, а потом накинулась на меня. — А ты чего слюни распустил?! Губу-то закатай! А то вылупился на задницу этой шлёндры, а у самого девушка есть. Или две?

— Да как бы не три, мам, а то и больше, — я тяжело вздохнул. — Хотя нет, три точно, а вот с остальными… я не знаю, честно. Голова уже кругом идёт. И эта ещё… вот чего ей надо?

— А то ты не знаешь! — фыркнула мама. — Как сам думаешь, чего она к тебе сиськами жалась?

— Если бы всё было так просто, — я покачал головой. — Я конечно, демонически привлекателен и всё такое, только Александра не обычная девица в поисках приключений на свои вторые девяносто. Она из владетельного Дома, а значит, всё не так просто. Правда, ума не приложу, зачем я им. Нет, я офигенно крут и враги слепнут от сверхдозы моей улётности, но по сути в обычной жизни это ничего не значит. А Дома сейчас — это прежде всего промышленно-торговые корпорации, а не боевые бригады богоборцев.

— Иногда, Витюша, банан — это просто банан, — обняла меня мама и погладила по голове. — Ты сегодня выступил очень хорошо, хоть и заставил поволноваться. Когда этот рогатый тебя с ног сбил, у меня чуть сердце не остановилось. Думаю, ну всё, если выживешь, больше никаких драк, будешь дома сидеть. А потом поняла, что это всё твоё. Ты прямо другой человек становишься, когда бьёшься с кем-то. Откуда только это взялось, не понимаю. Но чувствую, что просто упиваешься боем. И не я одна это ощущаю. Остальные тоже. И девочки твои, и эта шлёндра, от того и липнут к тебе.

— Значит, ты не против, что у меня их… несколько будет, — я тактично решил не называть цифру, тем более что и сам ещё не был уверен в окончательном количестве.

— Да что с тобой сделать, — меня снова погладили по голове. — Да и поговорила я с семьями девочек. Им ты тоже нравишься. Милорадовичи так и вовсе от тебя в восторге, считают, что порыв Катеньки — это только твоя заслуга. Они уже отчаялись надеяться, что у неё что-то получится. Да и Тарасовы тоже. Намекали, что надо бы дату свадьбы обсудить.