— Вставайте, время уже к двум часам дня подходит. — Тарасова щеголяла в моей майке и откуда-то взятых домашних шортах. — Алён ты не обидишься, мы там в твоих вещах порылись?

— Да нет, берите что хотите, — зевнула девушка и спохватившись, прикрыла грудь. — Ой!

— Поздно для стеснения, мы уже всё слышали. Да и видели тоже. — улыбнулась ей Таня. — Пошли завтракать. Мы доставку заказали, пиццу, суши, ну и так по мелочи.

— Ага, сейчас, штаны только найду, — вот мне точно чувство стыда было не ведомо, пси-воины вообще в этом вопросе были на редкость толстокожи, считая, что кому стыдно пусть сам отвернётся, — Алён, а ты чего совсем сюда переехала? Я не против, просто интересно.

— Ну… — потупилась девушка. — Я с родителями немного поругалась. И решила пожить отдельно. В общаге неудобно, а ты мне ключи дал. Вернуть?

— Алён, ещё раз такое спросишь, я тебя через колено перегну и отшлёпаю. — я поморщился. — И не как ночью… утром. По-настоящему, чтобы неделю сесть не могла. Мой дом — твой дом. И остальных девочек. Да, я такая скотина и по-хорошему, каждой из вас нужно своё жильё, где можно уединиться и отдохнуть, но извини, пока руки не дошли. Эта квартира пускай остаётся твоей, хорошо?

— Я тебя люблю, — Алёна на секунду прижалась, уткнувшись лицом в грудь, и тут же убежала, волоча за собой покрывало.

Я пожал плечами и тоже пошёл одеваться. Трёхкомнатная квартира, с дизайнерским ремонтом и мебелью, купленная мной у Тереньтевых с неплохой скидкой не выглядела особо обжитой, но было видно, что Алёна начала наводить в ней уют. У меня тут разве что пара смен одежды валялось, да и то, потому что случайно заехал и оставил. В основном я жил дома у родителей или в общаге, но о спонтанной покупке не жалел, тем более сейчас. Хотя ругаться с родителями это не дело, и я собирался сегодня же наведаться с Алёной к ним в гости. Продемонстрирую серьёзность намерений, обозначу притязания, так сказать, да и вообще пора уже познакомиться. После возвращения из царства Аида неуверенности и сомнений по отношению к девочкам у меня больше не осталось. Моё, значит моё, и нефиг тут!

— А где Катерина с Мико? — вернувшись на кухню уже в трениках, хоть и по-прежнему по пояс голый я с удивлением уставился на четверых девочек, разливающих горячий чай и кофе. — Что-то я не понял, что за разброд и шатание в коллективе.

— Садись уже, грозный гаремовладелец, — Юля толкнула ко мне стул. — Домой они уехали, в общагу. Я сама их в такси посадила и Мико отзвонилась как приехали. Всё равно здесь места особо не было, да и устали девчонки.

— Ну, ну, — я сел и тут же сграбастал кусок пиццы. — Дар, налей чаю, пожалуйста.

— Держи, — протянула мне кружку лучница, сидевшая ближе всех к чайнику, и соответственно отвечавшая за напитки. — Сахар?

— Ага, четыре ложки, благодарю, — я принял исходящую паром кружку. — Вчера хоть нормально всё закончилось? А то финал смутно помню.

— Нефиг было пить всё подряд с каждым кто предлагает! — не собиралась жалеть меня Таня. — Ты лучше скажи, о чём разговаривал с Гончаровым? Мне казалось, что ты с ним, я извиняюсь, на одном гектаре срать не сядешь.

— Фу, Тань! — чуть не выплюнула ролл Алёна. — Я же ем!

— Прости, прости, — тут же повинилась Тарасова, — я образно, для лучшего понимания.

— Да уж, образ получился, что надо, но признаю, довольно точный, — Дара, которую разговор о дефекации ничуть не смутили, отхлебнула кофе и сурово уставилась на меня. — Так что у тебя за дела с этим очкастым слизняком?

— Может он просто пришёл извиниться и попросить прощения за прошлые косяки? — я ничуть не смутился под тремя любопытными взглядами.