— Недоразумение, что ты каплей на трусах у бати не остался! — с другой стороны на попятную идти не собирались. — На землю, мордой в пол паскуда или нашпигую вас свинцом как колбасу салом!!!

— Значит по-хорошему не хотите, — я вздохнул и тряхнув рукой обратил Смешер в молот. — Белка купол!

— От-кх-ставить! Стоят!!! — пока мы пререкались полковник пришёл в себя, и тут же вылез передо мной. — Убрать оружие, мать вашу!!! Я что сказал, отставить!!! Леонов!!! Опять ты, сучий потрох?!! На губе сгною! А ну убрали БМП!!!

Я обернулся и действительно, из капонира на нас пялилось дуло боевой машины пехоты, готовое открыть огонь. Повредить бы нам не смогли, мои Щиты теперь и не такое способны выдержать, да и Белка не погулять вышла, но стоять под обстрелом пушки приятного мало. К тому же по закону подлости обязательно зацепили бы самолёт, не наш, так какой-нибудь истребитель или бомбардировщик, вон их сколько здесь стояло. Так что я даже был благодарен полковнику за инициативу. Немного. Ведь если бы не его хамство этого бы не было изначально.

— Тащ полковник, — с бетона взлётной полосы поднялся старший лейтенант, впрочем, не спешащий убирать оружие. — Они на вас напали.

— Отставить!!! — окончательно пришёл в себя полковник. — Никто ни на кого не нападал! Ты чем сейчас должен заниматься?

— По расписанию…

— Вот и занимайся! — не стал даже слушать его старший офицер. — А вы, за мной! — Это уже было нам, но я не спешил с места трогаться.

— Нашу технику сейчас выгружать будут, нужно проследить. — покачал я головой, глядя как старлей поднял своих бойцов, и они шустро скрылись в глубине базы. — Извините за резкость, с детства терпеть не могу, когда на меня матом орут, ещё и не по делу. Прямо рефлекс.

— Рефлекс у него, — хмыкнул полковник, но, что удивительно, тему развивать не стал. — Я заместитель командира части по воспитательной работе полковник Филатов, Павел Иванович. Мало того, что на меня свалили контакты с местными, так ещё теперь и детишек подкинули, у которых ещё молоко на губах не обсохло, а уже на людей кидаются. Вам чего там у себя в Сыктывкаре не сиделось? Или откуда вы там… Р-романтики захотели⁈

— Я, дядя полковник, последние месяцы такой романтики хапнул, тебе и не снилось, — Да и ребята мои тоже. Про Грецию слышал? Это мы там отличились. Вы свою работу делаете, за это вам респект и уважуха, а мы свою. Так что давай или по-взрослому или ну его на хрен, сами справимся. Белка, ты же на фарси талдычишь? Ну вот, будешь переводчиком.

— Ага, так кто-то из местных и стал с мелкой бабой разговаривать. — к ещё большему удивлению на мою отповедь Павел Иванович не обиделся, ну или вида не подал. — Это, во-первых, а во-вторых, мы в Сирии, олень ты комнатный. Тут на арабском говорят, а не на фарси. Это не считая того, что у каждого племени свой диалект, а их тут как блох на собаке. Уж поверь, я знаю о чём говорю. Да и не станет никто с вами разговаривать. Пристрелят, баб в гарем, ну если очень сильно повезёт, тогда за выкуп вернут. Но вряд ли, девки молодые чистенькие…

— И шары любому оторвут кто полезет, — закончила за него бледно-зелёная Дара. — Тащ полковник, не надо нас пугать, мы пуганные. Арабы ваши не страшнее дуллахана или циклопа, просто… некогда нам с ними возиться. И вообще… мне опять плохо…

— Тань, да приклей ей уже лечебную печать, — я глубоко вздохнул. — Вообще у нас, как у богоборцев иммунитет, но я понимаю, что здесь на него всем плевать. А с местными нам не хотелось бы цепляться. Дара права, порвать мы их порвём, даже если у них танки будут, но не хотелось бы влезать в разборки и терять время.