Боксеры выстроились в очередь к заветной сумке, в которой тренер уже перемешал бумажки между собой. Со стороны создавалось впечатление какого-то конвейера: пацаны подходили к этой сумке по одному, засовывали руку, с важным видом перемешивали бумажки, доставали одну наугад, разворачивали — и разочарованно отходили в сторону.

— Так, если я не стану капитаном команды — значит, выиграю чемпионат! — громогласно провозгласил Славик Калганов, запуская руку в сумку с бумажками.

— Да вытаскивай ты уже свою бумажку, настаиваешь ты ее там, что ли? — крикнули ему боксеры. — Другим тоже надо жребий тянуть!

Калганов вытащил руку из сумки и торжественно продемонстрировал всем пустую бумажку.

— Ясно? — торжествующе воскликнул он. — Я буду чемпионом Европы!

— Ну, если бы эти вопросы решались именно так, я был бы уже десятикратным чемпионом мира, — улыбнулся тренер. — Так что постарайся все-таки в своих боях рассчитывать не на пустые бумажки.

Все сдержанно засмеялись. Однако смех смехом, а удачу испытали уже чуть ли не половина пацанов, только вот ни одного капитана пока что так и не выявилось. Напряжение и азарт росли с каждой минутой — в таких случаях говорят, что воздух как будто наэлектризован. Дождавшись своей очереди, подошел к тренеру и Тамерлан. С самодовольной ухмылкой он засунул руку в сумку, вытащил оттуда бумажку и… продемонстрировал всем нарисованную на ней галочку!

— Ну? Какие еще вопросы? — осведомился он у остальных боксеров.

Вопросов не было никаких, только кто-то тихонько заметил: «Наглость — второе счастье».

Почти что следом за Тамерланом настала моя очередь тянуть жребий.

— Давай, второе место, — подначивал меня Тамерлан, — может, хотя бы здесь тебе повезет. А то, понимаю, обидно все время в догоняющих-то!

— Кажется, я сказал помогать друг другу, а не гадости говорить, — раздался спокойный голос тренера. — Давайте-ка без лишних эмоций.

Я до пары до времени на выпады не реагировал, чтобы ни себя, ни пацанов ни подставлять — драка сейчас точно никому не нужна, но наматывал все на ус. Позволять этому товарищу общаться с собой в такой форме я не позволю.

Когда моя рука очутилась внутри сумки, там оставалось не так уж много бумажек. Таким образом, мои шансы на победу заведомо увеличились, и, в общем-то, не было ничего удивительного в том, что именно мне и довелось вытащить вторую бумажку с галочкой.

— Мда, — ехидно проговорил Тамерлан и добавил, подчеркивая последнее слово: — Ну поздравляю, коллега.

В принципе, действительно была какая-то ирония в том, что мы с ним снова становимся конкурентами — пусть и не на ринге, но все равно в спорте. И когда начали формироваться команды, то основная часть пацанов рванули к Тамерлану. Этот предприимчивый казах сумел, выражаясь языком будущего, провести эффективную пиар-компанию, и теперь все, кто до этого не был со мной знаком, был убежден, что я попал на чемпионат случайно. Ну да ничего, мы еще посмотрим, кто здесь случайный!

И вот началась игра. Да, давненько мне не доводилось гонять мяч! Хотя футбол я любил всегда, все же бокс для меня был на первом месте, и на остальные виды спорта зачастую просто не оставалось времени. Однако я быстро вспомнил все ощущения игрока и включился в борьбу. Как и любую командную игру, я воспринимал футбол как своего рода философию, в которой каждый игрок проявляет свое отношение к жизни и окружающим. По тому, как играет тот или иной футболист, иногда можно узнать о нем гораздо больше, чем из личного общения. Поэтому я с азартом выбежал на поле и начал активно действовать — мне хотелось за время этого импровизированного матча как можно лучше познакомиться со всеми остальными боксерами.