Депутат, возмущенно фыркая, отошёл к своему коллеге и стал с ним, о чем-то возбужденно перешёптываться, не забывая зыркать на меня глазами.

— Хе-хе. Ловко ты этого напыщенного жука осадил — ко мне подошёл путеукладчик — а то он тут нас застроил, не хуже, чем старшина в учебке. Слушать только его, как папу родного, все команды выполнять, без разрешения даже в туалет не ходить. Особенно Алёнку стращал, глазки строил и облизывался. Я, Виктор Филиппович Луговой — путеукладчик, посмеиваясь протянул мне руку.

— Кирилл Найденов — я пожал руку передовика и добавил, слегка повысив голос, что бы было слышно нашим обнаглевшим избранникам народа — А права свои просто надо знать, права и обязанности. Я думаю, что о поведении наших избранников, будет интересно избирателям узнать, а там и решение принять можно. Тем более, если о его недостойном поведении двое орденоносцев и Герой труда заявят. Депутат, не оправдавший доверия избирателей или совершивший действия, не достойные высокого звания депутата, может быть в любое время отозван по решению большинства избирателей в установленном законом порядке — процитировал я закон, наблюдая, как после моих слов вздрогнул и отвернулся Фёдор Максимович.

— Ха-ха. Красавец! Знакомься, это Алёна Денисова, тоже с нами, на награждение едет. Не бойся девочка, мы тебя в обиду не дадим, смотри какой орёл с нами.

— Здравствуйте Алёна — я слегка пожал хрупкую руку, протянутую мне для приветствия.

— Здравствуйте Кирилл. Я не боюсь, только растерялась слегка, он так быстро и убедительно говорил.

— Работа у него такая, говорить много. Не давайте им на себе ездить Алёна, вы всё-таки Герой, а не мышь кабинетная.

— Рассказывай о себе. Про меня и Алёнку ты наверняка знаешь, все газеты пару месяцев только и пишут. За что награждают, ты у нас с какого предприятия?

— Я Филлипыч, охотник-промысловик. Награждают за задержание особо-опасных преступников и за помощь сотрудникам милиции в раскрытие преступления.

— Эва как. Теперь вспомнил, зимой беглых зеков поймал?

— Было дело.

— Они ещё несколько человек убили?

— Не будем о грустном Филлипыч. Убили, изнасиловали, оружие украли, с зоны сбежали, там целый вагон преступлений.

— А вам не страшно было? — Алена смотрела на меня прижав руки ко рту и испуганно хлопая глазками. Тяжело в жизни девочке будет, такая наивная и впечатлительная.

— Ха. Да ты на него глянь. Глазища как у убивца какого. Здоровый и страшный, как медведь, я если бы его в лесу увидел, тут же от страха обделался бы — засмеялся Филлипыч.

— И ничего он не страшный, только если слегка. Ой! Простите! — Алёна покраснела и отвернулась.

Я грустно усмехнулся. Ну да не Ален Делон. Морда в шрамах, лапы как совковые лопаты и действительно здоровый. Если встать рядом, голова Алёны мне только до середины груди достаёт. За последнее время, занимаясь практически без отдыха, физическим трудом, я изрядно прибавил в весе, но ни грамма лишнего жира. Вот и девчушку испугал.

— Не смущайтесь Алёна, что есть, то есть. Это природа так надо мною поиздевалась. Зато с головой всё в порядке. И вообще, мужчина должен быть чуть красивее обезьяны. А я, не буду себе льстить, уж точно красивее любого дикого примата.

— Ха-ха. Хорошо сказал, надо запомнить! — Виктор Филиппович видимо был еще тот хохотун и шутник.

За непринуждённой беседой быстро пробежал час, и нас, через громкоговоритель, вызвали на посадку. Депутатская морда, больше к нам не подходила, и попыток начать разговор не затевала. Мы сели в самолёт и турбореактивный Ту — 134 повёз нас в столицу нашей Родины.