Охотник, считает свой путик своей неотъемлемой собственностью. Стремясь довести количество капканов и ловушек до возможно большего числа, удлиняет его как только может. Иногда жадность доводит до того, что охотник не успевает своевременно проверять все свои ловушки и петли, и в результате, чуть ли не, большая часть пойманного в самоловы зверя и птицы бесцельно пропадает для охотника. Заносит их и снег, поедают хищные звери и птицы, портится во время оттепели не вынутый своевременно зверь.

Опытные охотники знают, что нужно ограничивать путик такими размерами, при которых ежедневный осмотр его и проверка расставленных ловушек может свободно производиться в течение одного дня полностью от первого до последнего капкана или петли. Нельзя их ставить чрезмерно много. Каждый нужно запомнить и поставить метки.

— Ты не думай — поспешил добавить Семён — Мужики всегда помогут. У нас так принято. Новый участок если кто находит, ему вся бригада обычно помогает. Тут главное наметить. Потом мужики помогут тропу расчистить, под лыжи или снегоход. У нас их правда мало, нет почти не у кого. Один «буран», две «лайки» и два «амурца» на весь поселок. Только «буран» председателя сейчас на ходу. Жерди расставить помогут для самоловов, направители, навесы — только место отметь. Это конечно не в первый год. С октября уже все на промысле. Обычно это всё летом делаем. И балаган надо поставить. Или два. Вот у меня теперь два. Я в этом году удлинился. Сейчас за день от одного балагана до другого как раз буду доходить, потом обратно. Привад с лабазами несколько. В октябре, но наряду, медведя стреляем, пока в берлогу не лег.

— Каждый день что ли смотришь?

— Нет конечно. Ты чего. Обычно раз в 4–5 дней на одну тропу. У меня их четыре проложено. Ну если снег идет, то чаще, чистить надо. Приманку готовить надо, рыбу ловлю, стреляю птицу и зайцев. Так чего? Пойдешь сам или со мною?

— Ну ясно с тобою. Я же не знаю почти ничего. Подучишь меня. Только вот я так понял, нам план-наряд каждому отдельно дадут, как добычу делить будем.

— А тут не переживай. Тебя пока в сезонника можно оформить или стажером, если на постоянку. Если стажёром, тогда нас в звено оформят и один-план наряд дадут. У стажеров и сезонников обычно план вполовину от нашего. Я на старом путике план спокойно делал один. А сейчас, когда удлинился, думаю полтора сделаем без проблем.

— Только тебе лайку надо. Лучше прямо сейчас взять. За месяц она к тебе привыкнет. А когда в тайгу пойдем, вместе натаскаем. Я помогу. У меня две лайки. Хорошие, рабочие. С ними и твою на работу настроим — продолжил Семён.

— Ну-ка поподробнее. Собака нужна, это понятно. Зачем тебе две?

— Зеленый ты ещё. Старая собака, рабочая, пока еще в силе, молодую сама научит. Вот и берут молодняк вместе со старой, чтобы без собаки не остаться, когда старая работать не сможет. Пару сезонов походят вместе, молодая и одна потом с тобой ходить начнет. Я в том году щенка взял. Моей то старой, уже 7 лет. Короче, собаку я тебе сам найду. Денег не надо. Подарок на новоселье тебе будет.

— А может подумаешь еще Кирюха — спросил Иваныч. Весь, наш с Семёном разговор, он сидел какой-то притихший и насупленный — чем тебе в депо не нравится? Токарь ты вроде не плохой. Разряд повысишь, зарплата больше будет. Чего тебе жопу в лесу морозить?

— Ты пойми Иваныч, не моё это, по расписанию на работу ходить. Не привык я так, аж бесит. Натура у меня такая. Бродячая. Да и охоту я люблю. Попробую. Если не смогу или не понравится, вернутся всегда смогу.

— Ну смотри, твоё конечно дело — с обидой в голосе сказал Иваныч.

— Не расстраивайся старый. Я вот дома решил токарный станок сделать. Ты меня знаешь, я сделаю.