Президент может, пустив в ход давние дружеские связи, срочно выйти на Крупного Полицейского Чина, незаурядную фигуру в межпланетной полиции.

Результатом этих хлопот вполне может стать видеочат в управлении полиции Нереиды.

* * *

Два вирт-окна были повернуты углом, чтобы люди на экранах могли видеть и друг друга, и сидящего в кресле третьего собеседника — киборга.

С левого экрана сурово глядело квадратное, словно из камня вырубленное лицо генерала межпланетной полиции.

На правом хмурился круглолицый, большеглазый (на шаржах его часто рисовали в виде Колобка) президент Нереиды Иван Матвеев.

А в кресле, под перекрестными взглядами этих двоих, сидел тот, кто еще недавно был инструктором-консультантом управления полиции планеты Нереида.

Джеймс только что закончил рассказывать свою историю. Всю. В который уже раз. Не скрыл и своего участия в преступлениях Стивена Сьюта. Рассказывать совершенно чужим и абсолютно незнакомым президенту и генералу было совсем не сложно. Во всяком случае, намного проще, чем немногим ранее — капитану Ржаному. Который смотрел на него, как на чужого и незнакомого.

Все правильно. А как еще полицейский должен смотреть на самозванца, который присвоил чужую паспортную карточку (а возможно, и убил ее прошлого владельца, попробуй докажи, что нет!)? Допрос под жетоном. Наверняка полицейские не посчитали его изматывающим — киборга попробуй еще измотай.

Холодные глаза капитана, жесткий голос. Проще смотреть на жетон. Тогда не так… Ну, проще, короче.

Президент сказал задумчиво:

— Мне тут смоделировали возможные разрушения от взрыва в центре Столицы. Впечатляет, знаете ли… Зацепило бы и четыре ближайшие платформы… Если бы мою столицу спас человек, я дал бы ему орден. Но ее спас киборг, которого могут уничтожить. Нелепая ситуация, вы не находите? Зачем ему орден? Не логичнее ли подарить ему жизнь? Тем более что он, кажется, ко всему прочему еще и усовершенствовал работу нашего полицейского управления…

Не успел президент закончить эту фразу, как за плечом киборга возник Невидимка и деловито оттарабанил:

— За период инструкторско-консультационной деятельности произведено шестнадцать арестов, раскрываемость преступлений повысилась на 86,4 %. В Управление поступило четыре благодарности от горожан.

И отступил назад, исчез с экранов.

Президент и генерал переглянулись: мол, что это было? Затем синхронно пожали плечами. Генерал сказал:

— То есть вы собираетесь прикрыть этого киборга от «DEX-компани»?

— Конечно, — спохватился президент, — следует учесть его уголовное прошлое. У вас, вероятно, будут к нему претензии…

Генерал посмотрел на киборга, замершего чуть ли не по стойке смирно (если, конечно, может быть таковая в положении сидя), и вдруг ухмыльнулся, ехидно, но почти добродушно:

— О, с этим не вижу проблем. Оборудование — оно и есть оборудование. Этак мы каждый бандитский бластер должны под суд отдавать, что ли? Вот в будущем… вы уверены, что сорванный киборг не опасен?

— Я беседовал с сотрудниками нашего полицейского управления. Они мне спели целую оперу о том, какой этот Вond замечательный, хороший и мирный. А начальник управления готов его принять под свою ответственность. Хотя, конечно, речь тут может идти только о моей личной ответственности, поскольку дать этому… хм… кандидату гражданство Нереиды могу только я.

Джеймс слушал разговор с абсолютно неподвижным лицом. Однако при слове «гражданство» он завис на две секунды.

И генерал при этом слове завис на тот же срок.

— Гражданство? — переспросил он наконец. — Даже так стоит вопрос?

— Да, — вздохнул Матвеев, — когда я говорю — жизнь, я имею в виду жизнь легальную и не в качестве приписанного к полицейскому участку оборудования, поскольку какая же это, к чертям собачьим, жизнь… Нет уж.