Я подошёл к двери, взял кольцо и постучал.

— Пошли вон! — раздался за дверью встревоженный возглас владельца.

— То есть охрана тебе не нужна? — спросил я.

— Какая охрана? — на этот раз голос уже был удивлённый.

— Мы с тобой встретились сегодня днём около проходной, где ты пытался пробраться в управление пограничной стражи, чтобы повидаться с братом.

— А куда ушли эти…которые тут ошивались последние часа два-три?

На уровне глаз в двери открылась смотровая щель.

— Правее в конце дома дверь, подходите к ней, — раздался голос за дверью.

Здание было сложено из камня, большие окна витрин закрыты деревянными ставнями. Я провёл рукой по доскам. В их гладкой поверхности местами чувствовались углубления. Такой характерный рисунок был только у одного дерева, оно произрастало в колониях и называлось железным. Использовали его в большом мире только из-за того, что его древесина была прочная и к тому же практически не горела. Однако вес её приводил многих в ужас. Стоимость одной такой ставни была сопоставима с ценой за хороший револьвер.

А тут все восемь окон первого этажа были закрыты такими ставнями. Хозяин дома явно не бедствовал.

На окнах второго и третьего этажа были установлены решётки. Здание было узкое, не больше шести метров в ширину. Оно вплотную прилегало к скале. Строения, словно мидии, облепили скалу со всех сторон. Дома же с противоположной стороны переулка были выше — от четырёх до пяти этажей и значительно шире.

Мы подошли к краю здания. Там была небольшая лестница вниз, из восьми ступенек. Неприметная дверь через минуту открылась, перед этим оповестив округу лязганьем многочисленных засовов.

— Входите, господа, — владелец лавки поманил нас рукой.

Мы вошли и оказались в небольшом помещении, заставленном деревянными ящиками. Хозяин сразу прикрыл дверь и запер её на несколько засовов.

— Давайте знакомиться — сказал мужчина, так и не представившийся нам до этого.

Я кивнул.

— Скрабель Евгений Викторович, владелец некогда процветающего торгового дома, — он слегка кивнул.

— Минский Антон Всеволодович, — я тоже кивнул.

Мужчина вновь покосился на мои сабли.

— Мастер клинка?

Я неоднозначно повёл головой.

— Клинки, насколько я понимаю, родовые, но после изгнания всё равно достались, вам? — поинтересовался владелец торгового дома.

Я повторил неоднозначный кивок головой, а потом показал по очереди на своих друзей.

— Давыдов Иван Андреевич, наш стрелок, — решил я более детально представить попутчиков.

— Давыдов? Из рода банкиров Давыдовых? — переспросил мужчина.

Ванька кивнул, а мужчина поморщился. Видно, какое-то не очень хорошее воспоминание связывало его с Ванькиной семьёй.

— Знаком я был с вашим батенькой, знаком.

— По бизнесу? — переспросил Иван.

— Лет двадцать назад он меня здорово подвёл, ну да ладно, — он прикрыл глаза ненадолго. — Как там говорится: кто старое помянет, тому глаз вон, — а потом еле слышно добавил, — а кто забудет, тому оба.

Я попытался переключить внимание Скрабеля на кого-то другого.

— Рубило Семён Иванович, наш дровосек, — улыбнулся я, представляя приятеля.

Мужчина хотел увидеть топор, но Семён предусмотрительно встал так, чтобы его не было видно.

— Я очень надеюсь, что мне ваша помощь не понадобится. Но всё же лучше подстраховаться, — сказал Евгений Викторович.

— А как же та шайка, которую мы встретили у входа? — решил напомнить я.

— Эти бездельники уже второй день тут ошиваются, но, вроде, кроме разбитых фонарей от них убытков нету, — добавил мужчина, приглашая нас за собой.