«Жизнь дороже, да и к тебе уже привык, теперь не так сильно бесишь».

«А как же вернуть себе тело?» — поинтересовался я у внутреннего попутчика.

Он недовольно засопел, но ничего не ответил.

Я спустился со скалы, где ещё недавно осматривал окрестности вместе с Иваном, который руководил стрелками и дозором на вершине. Решил проведать Семёна, который вот уже третий день безвылазно торчал на второй баррикаде. Он там познакомился с двумя старыми воинами и постоянно расспрашивал их о землях и монстрах в колониях.

Старики парня приметили, добродушно и с радостью делились своими историями, иногда сильно пугая рассказами здешнюю молодёжь.

— Антон, подождите, мне вас не догнать, — услышал я голос Скрабеля.

— Евгений Викторович, что случилось? — остановился я.

— Мы приютили много людей, они всё приходят и приходят в переулок. Мало у кого так хорошо организована оборона. Да ещё этот кровавый феникс напугал вчера, но твоя задумка с пожарными резервуарами спасла нас.

Днём ранее начался приход сильных монстров, они пока не нападали, довольствуясь разбросанными повсюду остатками еды. Но при таком аппетите падаль из слабых сородичей, убитых людьми и невезучими горожанами, вовремя не укрывшимися от монстров, скоро закончится.

Но кровавый феникс был гораздо опаснее. Эта огромная тварь с крыльями внешне напоминала птицу, а морда была с щупальцами, как у осьминога. Пасть была украшена несколькими рядами зубов, которые росли изнутри, постоянно сменяясь.

Не знаю, кто так назвал эту тварь, описав её впервые для бестиария, но он всё-таки был прав. Монстр был крупным падальщиком, мог часами кружить на большой высоте, карауля жертву. Время от времени в полёте у феникса отваливались и медленно парили по воздуху перья. Стоило только коснуться какой-то поверхности, как перо прилипало и словно напалм возгоралось. Оно тлело медленно, выделяя густой чёрный дым.

Самое отвратительное, что такое перо могло спокойно залететь в открытое окно или попросту прилипнуть к вертикальной поверхности, например, к стене.

— Так вот, Антон, — продолжил Скрабель, — при таком количестве народа мы долго не продержимся. Воды у нас в достатке, а вот еды ещё на два, ну, может, три дня — и всё.

— Сколько здесь теперь человек? — спросил я.

— Больше двух тысяч, — гордо сказал торговец.

«Егор, а ты чего о провизии не позаботился», — раздался язвительный голос Антона в голове.

«Потому что руководил обороной этого переулка, — даже не думая оправдываться сказал я, — поставил чёткие и простые задачи своим друзьям и старшинам в переулке. Я лишь контролировал их выполнение».

«Доконтролировался», — злобно хмыкнул внутренний попутчик.

По-моему, всё складывалось просто великолепно. Не знаю, чем так недоволен Антон. Видимо, он просто никогда не руководил большой группой людей.

Ивану, как первоклассному стрелку, я доверил руководить людьми с огнестрельным и магическим оружием. Он распределял их между баррикадами, проверял умения. Самые лучшие дежурили на Безымянной скале.

Семён был молод и не вызывал доверия у опытных охотников, но буквально после пары нападений монстров на вторую баррикаду мнение о нём полностью изменилось. Старожилы из колоний стали прислушиваться, а вынужденные ополченцы смотрели на дровосека с открытыми ртами. Всё потому, что он постоянно просил более опытных воинов дать совет, а в бою применял услышанное так, будто не впервой.

Стариков подкупило то, что после схватки он всегда подходил к давшему дельный совет воину и благодарил за науку низким поклоном в пояс. Вот так уже на вторые сутки обороны у нашего дровосека появился просто какой-то неслыханный авторитет.

Когда же количество людей возросло настолько, что позволило разделить мужчин не на три, а на пять групп, то две попеременно дежурили на каждой из баррикад, а одна была в резерве и занималась делами внутри переулка.