— А вы? — тихо спросил Ванзаров.

— Светлый бог Сома пришел и ко мне… — как-то странно проговорила Уварова.

— Когда у профессора и Марии появились пентакли?

— Не знаю…

— У вас он есть?

Уварова отрицательно покачала головой.

— А у госпожи Ланской? — спрашивал сыщик.

— Я никогда не видела ее в открытом платье.

Родион Георгиевич заметил, что Уварова бледнеет. Кажется, действие порошка Лебедева заканчивалось. Сейчас ее вновь скрутит неведомая болезнь, которую возрожденный бог Сома подарил каждому почитателю. Или профессор что-то перепутал в древних текстах?

— Надежда Петровна, как вы узнали, что следствие по делу профессора веду именно я? — спросил Ванзаров.

— А с чего вы взяли, что я узнала? — ответила Уварова вопросом на вопрос.

— Но ведь это вы дважды телефонировали мне с угрозами? — Ванзаров решил идти до конца и не обращать внимания на удивление Джуранского и Лебедева.

Уварова подняла на сыщика глаза.

— Господин полицейский, не говорите глупостей! Я и имени вашего не знаю… — пробормотала она и охнула, не выдержав приступа боли.

— Родион Георгиевич, нельзя давать лекарство, надо подождать хотя бы два часа! — прошептал Лебедев.

— Ну хорошо, оставим это… — сказал Ванзаров с тяжким вздохом. — У меня, Надежда Петровна, последний вопрос: подскажите, где находится госпожа Ланская?

Скорчившись от боли, Уварова отрицательно замотала головой.

— Вы можете пытать меня каленым железом, но я никогда не выдам полиции своего… — но договорить она не смогла.

Сыщик крутанул ручку, поднял рожок телефонного аппарата и назвал барышне на городском коммутаторе секретный номер заведующего Особым отделом.

Видя, что Уваровой стало совсем плохо, Лебедев не выдержал и смешал с водой еще одну порцию белых порошков. Джуранский, не теряя бдительности, подвинул стул и устроился за спиной арестованной.

Макаров долго не отвечал. Родион Георгиевич собрался уже повесить трубку, как вдруг в глубине черного рожка что-то щелкнуло.

— У аппарата, — сказал мрачный голос.

— Здравствуйте, Николай Александрович, это Ванзаров.

— В чем дело?

— Тот, кто вас интересует, находится у меня в кабинете и…

— Немедленно выезжаю! — перебил статский советник.

12

Не прошло и десяти минут, как дверь распахнулась, и в кабинет Ванзарова влетел Макаров, за которым следовало трое господ в одинаковых пальто.

Заведующий Особым отделом сразу шагнул к Уваровой. Надежда только-только пришла в себя, порошок Лебедева еще не успел полностью подействовать, и она смотрела на Макарова мутными глазами.

— Что с ней? — резко спросил Макаров.

— Сильное наркотическое опьянение, — ответил эксперт, собирая походный чемоданчик.

— Она сможет отвечать на вопросы? — встревожился Макаров.

— Какое-то время сможет. — Лебедев защелкнул замочки чемоданчика. — Я, Родион Георгиевич, не прощаюсь, посижу в кабинете Мечислава Николаевича.

Эксперт вышел, демонстративно громко хлопнув дверью. Между тем один из одинаковых господ занял место у вешалки, перекрывая выход, второй — у стола Ванзарова, держась чуть сзади Макарова, а третий, бесцеремонно отпихнув Джуранского, встал за спиной Уваровой.

— Посторонних прошу выйти! — покосился заведующий Особым отделом на непонятливого ротмистра.

— Мечислав Николаевич, пожалуйста, навестите Курочкина! — как можно мягче попросил Ванзаров.