– Я слышала, что у эрцгерцога Карла чрезмерно большая голова. Меня это… настораживает.

Брейнера аж скорчило.

– Не знаю, кто посмел говорить вашему величеству такой вздор, – вмешался де Квадра. – Внешний облик эрцгерцога Карла наилучшим образом отражает его достоинства. О таком муже можно только мечтать. Его портрет уже отправлен из Вены и скоро должен прибыть в Лондон.

– С некоторых пор, господин посол, я не доверяю портретистам. Мой отец, увидев портрет Анны Клевской кисти Гольбейна, очаровался ею настолько, что даже женился. Остальное вы знаете, – усмехнулась Елизавета.

– Художники, конечно, не боги и не всегда могут точно передать черты тех, кого они пишут. Однако портрет эрцгерцога Карла весьма достоверен. Барон это может подтвердить.

Елизавета понимала: ей нужно выиграть время. Пока император надеется увидеть ее своей невесткой, он не станет проявлять враждебность к протестантской Англии.

– Боюсь, господа, что даже самый совершенный портрет меня не убедит. Ведь жить мне не с портретом, а с тем, кто на нем изображен. Всерьез задуматься о браке я могу только в том случае, если воочию увижу претендента на мою руку и побеседую с ним на разные темы. А не мог ли эрцгерцог Карл приехать в Англию? Может, император согласится на его приезд?

– Ваше величество, – нахмурился де Квадра, – если бы у вас возникли чувства к эрцгерцогу Карлу, император охотно послал бы его в Англию. Но император ни за что не отправит Карла ради вашей, так сказать, оценки. Какому отцу захочется, чтобы его сына публично отвергли и тем самым унизили?

– Ваше величество высказали весьма необычную просьбу, – осторожно возразил Брейнер.

Елизавета и без них знала, что поставила обоих в тупик. Ей нравилось создавать трудности. Это позволит растянуть переговоры и кое-что скажет императору о ее характере. Возможно, его надежды увидеть Елизавету в невестках только возрастут.

– Эрцгерцог Карл мог бы приехать инкогнито, – легкомысленно предложила Елизавета.

– Это противоречило бы традиции и ущемляло достоинство эрцгерцога, – фыркнул де Квадра.

– Ваше величество, я достаточно хорошо знаю характер эрцгерцога Карла. – Было заметно, что Брейнер устал от бессмысленного разговора. – Он согласится приехать в Лондон не раньше, чем будет подписан брачный контракт.

– В таком случае я должна серьезно все обдумать.

На этом обещании утомительная аудиенция кончилась.

В тот же день Елизавета созвала заседание Тайного совета:

– Добрые лорды, я готова внять вашему совету и выйти замуж, но только при одном условии. Прежде чем принимать предложение того или иного кандидата, я должна вживую познакомиться с тем, кого мне прочат в мужья.

Такая стратегия позволит ей тянуть время до бесконечности. Подумав об этом, Елизавета мысленно похвалила себя за сообразительность.

– Значит, ваше величество всерьез рассматривает кандидатуру эрцгерцога Карла? – спросил обрадованный Сесил.

– Нет, Уильям. Я всерьез рассматриваю условия своего вступления в брак. Сейчас я вообще не намерена идти под венец. Однако Бог, которому все подвластно, в будущем может заставить меня передумать. Чтобы не обижать императора, я сама ему напишу и объясню ситуацию. Что же касается барона Брейнера, я буду и дальше туманить ему голову и кормить надеждами.

Хотя при всех своих телесных изъянах Эрик показал себя внимательным женихом.