— Всё, валим. — Я толкнул Коляна кулаком в плечо. — Успеешь ещё насмотреться, нам за машиной возвращаться.

Он вздрогнул, отстранился и тут же согнулся пополам, выворачивая желудок себе под ноги. Даже не знаю, что больше этому способствовало: вонь он разбросанных всюду кишок или вид обезображенных трупов? Наверное, всё вместе. Однако я сдержался, хотя тошнота периодически подкатывала к горлу.

Забравшись в машину, Колян прополоскал рот, сделал пару больших глотков и уставился в одну точку. Тормошить я его не стал, пусть справляется самостоятельно. В любом случае ему придётся перешагнуть через себя. Само собой, что увиденное никак не придавало оптимизма, но это мрачное молчание угнетало ещё больше.

И я не выдержал.

— Да хорош, отвлекись чем-нибудь, — толкнул брата я. — Радио вон покрути.

— Ну его в жопу, — отмахнулся Колян и, выдержав небольшую паузу, продолжил: — Ген…

— Что?

— Пообещай мне одну вещь, хорошо?

— Это смотря о чём речь? — усмехнулся я. — Вдруг ты меня сейчас о какой-нибудь гадости попросишь?

Он уставился на меня.

— Я серьёзно. Если я обращусь…

— Да с чего ты взял?

— Твою мать! — рявкнул Колян. — Ты можешь хоть раз в жизни захлопнуть варежку и дать мне договорить⁈

Я молча кивнул.

— Если я обращусь, — повторил он, — убей меня, ладно?

— Ты чё вообще городишь-то⁈ — Я покосился на брата.

— Я не хочу вот так, — кивнул назад он. — Жрать людей, убивать всех без разбора. Если меня укусят — убей! Затолкай серебро прямо в глотку.

— Дебил, — буркнул я. — Накаркай ещё.

Колян какое-то время смотрел на меня немигающим взглядом, а затем поплевал через плечо и постучал себя по лбу. Вот только тему не закрыл и снова прицепился со своей тупой просьбой.

— Пообещай! — настойчиво повторил он.

— Ладно, ладно, только отвали, — отмахнулся я.

— Ген, я серьёзно.

— Я тебя прямо сейчас завалю, если ты не перестанешь! — пригрозил я. — Всё, я тебя услышал. Хватит уже мусолить одно и то же.

Брат тяжело вздохнул и уставился в окно.

Город выглядел ещё хуже, чем вчера. Складывалось ощущение, что выродки планомерно его обыскивали, выгребая всё, что только попадалось им под руку. Разбитые окна квартир на первых и вторых этажах, какие-то тряпки, висящие в проёмах и разбросанные рядом под окнами…

Но больше всего пугала тишина. Звук двигателя отражался от домов, эхом гуляя по пустынным улицам. А так как ехали мы не спеша, чтобы не упустить из вида что-нибудь ценное, иногда казалось, будто за нами кто-то едет.

Впрочем, ощущение постороннего взгляда в спину не покидало меня с того момента, как мы въехали в спальный район.

— Оп, наше! — Я ударил по тормозам и выскочил из машины.

«Ауди А6» имеет точно такую же разболтовку на дисках, как и у меня: пять на сто двенадцать. Помимо прочего, мне ещё и с диаметром повезло: шестнадцать дюймов. А когда я подобрался поближе и взглянул на маркировку, так вообще чуть в ладоши не захлопал: она рубль в рубль совпадала с моими колёсами.

Внутри сразу зашевелилась огромная жаба, и я без зазрения совести прошёлся по кругу, срывая болты. Домкрат под дно, примерно посередине, чтобы оторвать от земли всю сторону, — и вперёд на амбразуры. Болты полетели в карман (мало ли, вдруг ещё пригодятся), а колёса — в салон, на сиденья.

На минуту я замер, осматриваясь. Нужно было что-то подложить, иначе домкрат не выкатить. На глаза попались кухонные табуретки, которые зачем-то вытащили на улицу, да так и бросили валяться у подъезда. Мне сгодятся, хоть надолго их и не хватит.