— Когда оно появилось? — не сразу спросил Сол.

— В поместье Лэндиша.

— Когда ты увидел стену?

— Откуда ты знаешь? — удивился Крис.

— Потому что и у меня было такое же предчувствие.

— Что?

— У меня возникло ощущение, что я там уже был. Правда, через пару минут я все понял. Стена. Не понимаешь? Такая же, стена была у нас во “Франклине”. Вспомни, как мы тайком перелезали через нее” когда бегали за шоколадками. Помнишь, ночь, когда нас побили? Или ту ночь, когда я поскользнулся на льду, а ты спрыгнул, чтобы помочь мне, но ударился головой? А трамвай? Помнишь?

— Ты вытащил меня из-под колес и спас мне жизнь.

— Вот и объяснение. Мы оба вспомнили ту ночь. В поместье Лэндиша я начал тревожиться за тебя. Мне показалось, что у тебя неприятности и я должен спасти тебя. Та же самая мысль пришла в голову тебе. Ты всегда стремился спасти мне жизнь.

— Ну, скажем, раза два. — Крис улыбнулся.

— Стена заставила тебя захотеть сделать это еще раз. Расслабься. Кое-что наверняка произойдет. Мы едем с Эрикой в Париж к Кочубею. Вот это и произойдет.

— Хотелось бы верить.

— Не забывай, что я еду не один. Если возникнут неприятности, Эрика сумеет сделать то же, что и ты.

— Полегче на поворотах, — шутливо предупредила Эрика, подходя к ним.

— Ну сам подумай, — как можно более убедительно постарался сказать Сол. — Допустим, я разрешу тебе ехать вместо меня. Допустим, что-то случится с тобой. Я буду винить себя так же, как ты бы винил себя, если бы что-то случилось со мной. При чем тут ясновидение? Ты вытащил самую маленькую карту. У тебя самая легкая работа. Ты остаешься.

Крис все еще колебался.

— А что касается твоего предчувствия, то оно ничего не значит. — Сол повернулся к Эрике. — Готова?

— Ехать в Париж с таким кавалером? Смеешься? Конечно, готова.

— Почти десять, — тревожно сообщил Крис. Доводы Сола не убедили его. — Вы должны быть в Париже сегодня вечером. Позвони мне в шесть и потом звони через каждые четыре часа. Не отправляйся к Кочубею, пока не поговоришь со мной. Лэндиш очень любит розы, и он может что-нибудь вспомнить.

— Я сказал правду, — упрямо заявил со стула Лэндиш.

— Не забывайте о единственной в мире голубой розе. Наступила минута расставания. Они пожали друг другу руки и смущенно улыбнулись. Сол взял сумку.

— Не беспокойся. Я буду осторожен. Мне еще нужно расквитаться кое с кем. — Его глаза сверкнули.

— Я позабочусь о твоем брате, — пообещала Эрика. — За нас обоих. — Она поцеловала Криса в щеку. У Криса сжалось сердце.

— Удачи вам, — сказал он на прощание.

Они вышли из дома, и Крис с тревогой смотрел им вслед. В горле у него застрял ком. Его брат и сестра сели во взятый напрокат “остин” и выехали по заросшей травой проселочной дороге на шоссе, по обеим сторонам которого тянулись живые изгороди.

Когда звук мотора стих, он посмотрел в сторону пастбища, на котором валялись белые камни-валуны, вернулся наконец в дом и закрыл дверь.