|
Но здесь было так много живности. Лесные звуки не прекращались ни на минуту, не оставляя места сомнениям — шелест листвы, шорох ветвей. Поблизости паслись олени. По земле сновали барсуки и дикобразы. Если звуки внезапно стихнут, он будет знать: что-то случилось.
— Они вызовут подкрепление, — сказал Крис.
— Все, что они смогут сделать — это согнать нас с места. Вот в предгорьях, там настоящая ловушка. Они будут прочесывать каждый спортивный лагерь, каждую дорогу и каждый город. Рано или поздно нам придется спуститься.
— Они не могут оцепить весь горный массив. Им придется оцепить ближайшие предгорья к югу и к западу отсюда.
— Тогда мы пойдем на север.
— Как далеко?
— Как придется. Здесь, наверху, мы как дома. Если нам что-то не понравится, мы отправимся дальше на север.
— С ружьем охотиться нельзя. Выстрелы привлекут внимание. Но мы можем ловить рыбу. А кроме того существуют растения — очиток острый, горный щавель, клейтония.
Сол скорчил гримасу.
— Клейтония. Впрочем, мне в любом случае нужно сбросить вес. По крайней мере, по голой скале собаки за нами не пойдут
— А ты выдержишь? — ухмыльнулся Крис.
— А ты? Надеюсь, в монастыре ты не размяк?
— У цистерцианцев? — Крис рассмеялся. — Размяк? Это самый свирепый орден во всей католической церкви.
— Они действительно молчат?
— Больше того — они исповедуют убийственный каждодневный труд. С тем же успехом я мог бы провести еще шесть лет в спецназе.
Сол покачал головой.
— Общинная жизнь. Сначала приют, потом армия, затем ЦРУ и монастырь. Тебе никогда не приходило в голову, что в этом есть закономерность?
— Какая?
— Отборные обученные дисциплинированные кадры. У тебя к этому дар.
— У нас обоих. Разница в том, что ты так и не сделал последний шаг. У тебя никогда не возникало желание вступить в еврейский монашеский орден.
— Неужели цистерцианцы тебя ничему не научили? Еврейских монашеских орденов не бывает. Мы не верим в уход от мира
— Наверное, потому ты и остался в ЦРУ. Оно заменяет тебе монастырь.
— Поиски совершенства, — с отвращением произнес Сол. — Нам пора идти. — Он вынул из кармана компас, посмотрел на его светящийся циферблат.
— Почему Элиот хочет тебя убить? — спросил Крис. Даже в темноте было видно, как зло сверкнули глаза Сола.
— Думаешь, я сам не пытаюсь нащупать ответ? Элиот заменял мне отца, а теперь этот ублюдок ополчился на меня. Я выполнил для него одно задание, и после этого все и началось. Но почему?
— Уж он, наверное, позаботился об охране, и нам не удастся просто пойти к нему и спросить. Сол стиснул зубы.
— Тогда мы его обойдем.
— Каким образом?
Вдалеке раздался грохот. Оба повернулись в ту сторону и прислушались.
— Похоже, что-то взорвалось, — пробормотал Сол.
— Дурачок, — Крис рассмеялся. Сол сконфуженно обернулся.
— Это гром.
Через полчаса, когда они добрались до подножия хребта, усеянного острыми выступами скал, темные грозовые тучи наползли на луну и поднялся пронизывающий ветер. Сол нашел подходящий выступ, и не успели они укрыться под ним, как хлынул ливень.
— Обойдем его? Но как?
Раскаты грома заглушили ответ Сола.
Сол отполз от низкого ограждения с краю крыши, поднялся на ноги, распахнул чердачную дверь и оказался сначала на пожарной лестнице, а затем на лестничной площадке. |