— Вы что, рехнулись, чертовы молокососы! — прокричал из окна водитель.

Трамвай с грохотом покатился дальше, его колокольчик продолжал громко звенеть. Крис сидел на обледеневшем тротуаре, тяжело дыша и наклонив голову к коленям. Сол осматривал его рану.

— Слишком много крови. Нам придется вернуться. Крис с большим трудом перелез через забор. Воспитатель едва не застукал их, когда они крались вверх по лестнице. В темноте умывальной комнаты Сол промыл рану Криса. На следующий день, когда учительница поинтересовалась, что за шрам у Криса на голове, он ответил, что упал с лестницы. Этим все и закончилось, но Сол спас Крису жизнь, и их отношения стали еще более близкими. Ни один из них не ощутил на себе последствий этого происшествия, ибо они так и не осознали, чего избежали.

Через десять дней после этого они в очередной раз отправились за шоколадом. По пути в магазин, находившийся на другой стороне Фермент-Парк, на них напали воры. Их главарь потребовал отдать деньги и схватил Криса за карманы. Рассердившись, Крис оттолкнул его, но тот нанес ему удар в живот. Перед глазами у Криса все поплыло. Он увидел, как двое других парней заламывают Солу руки за спину. Четвертый ударил Сола по лицу, и из носа брызнула кровь. Превозмогая боль, Крис попытался помочь Солу. Его ударили кулаком по губам. Когда он упал, кто-то пнул его сапогом в плечо. Потом его молотили ногами по груди, бокам, спине.

Он корчился и извивался, пытаясь уклониться от ударов. Сола бросили сверху Криса, и он почувствовал еще несколько ударов, смягченных телом Сола. На этом избиение закончилось. Бандиты забрали деньги. Лежа на красном от крови снегу, Крис смотрел, как они убегали, скользя по снегу. Будучи в полубессознательном состоянии, он тем не менее чувствовал, что здесь что-то не так, что именно — он не знал.

Он сумел догадаться, в чем дело, только после того, как их подобрала патрульная машина. Полицейские доставили их сначала в палату “скорой помощи” в больнице, а затем отвезли в школьный лазарет.

Крис понял, что его озадачило: эти воры больше походили на взрослых, чем на подростков. Их волосы были слишком коротко и аккуратно подстрижены, их сапоги, джинсы и кожаные куртки выглядели слишком новыми. Они удирали в дорогой машине.

Откуда они знали, что у нас есть деньги? Раздумывая над этим, Крис вспомнил тот день, когда они с Солом перелезали через стену и когда Сол вытащил его из-под колес трамвая.

Он понял, что воры, скорее всего, поджидали их.

Его размышления были прерваны. Он увидел, что в палату торопливо входит Элиот, и улыбнулся ему, с трудом шевеля распухшими губами.

— Я пришел сразу, как только узнал, — Элиот с трудом переводил дыхание. Он снял свое черное пальто и фетровую шляпу, покрытые тающими снежинками. — Я ничего не знал, пока… Бог мой! Что с вашими лицами?! — Он в ужасе переводил взгляд с Криса на Сола. — Вы выглядите так, словно вас били дубинками. Это чудо, что вы вообще остались живы.

— Они били нас кулаками, — сказал Сол едва слышно. Все его лицо было покрыто синяками и распухло. — И еще сапогами. Им не нужны были дубинки.

— А ваши глаза! У вас теперь несколько недель будут летать перед глазами светящиеся мушки. Вы не представляете себе, как я огорчен. — В его голосе появились суровые нотки: — Хотя, в какой-то степени, вы сами навлекли беду на свою голову. Директор рассказал мне, чем вы занимались — оказывается, вы тайком выбирались из школы, чтобы покупать сладости. Это вы так распоряжаетесь деньгами, которые я вам даю? — Крису вдруг стало стыдно. — Но не будем об этом говорить. Сейчас не самое подходящее для этого время. В данный момент вы нуждаетесь в сочувствии, а не в нотациях. Но я надеюсь, что и вы наставили им синяков.