— Еще не знаю, — ответил уклончиво. — Острые ощущения, наверно, дает. Но я могу предложить тебе тоже неплохую игру — чику. Вы как? — Я вынул из бокового кармана свинцовую биту. — Кидаем с трех метров. Ставка двадцать копеек. Идет?

Гришка и Зайчик молчали, и я ощутил какую-то неловкость.

— Наверно, ему деньги очень нужны, — высказал предположение Зайчик и зачем-то полез во внутренний карман своей кожанки. Его примеру последовал и штурман.

— Бери, не стесняйся, — две руки протянули мне смятую рублевую бумажку и кучу серебряных и медных монеток. — Когда сможешь, вернешь.

Я отшатнулся от этих дающих рук, как от пощечин. С досадой почувствовал, как жаркой кровью налились уши.

"Зря не последовал моде и не отрастил длинные волосы, — подумалось с насмешливой злостью. — Не видно было бы сейчас пылающих ушей. Патлы скорее всего для этого и предназначены".

— Что вы! — почти выкрикнул я. — Просто я хотел предложить развлечься! Не нужно мне ваших денег. Благодетели какие нашлись!

Гришка и Павел удивленно воззрились на меня, не понимая этого словесного взрыва. Деньги все же убрали.

Инцидент был исчерпан, но мне удалось отделаться от чувства какой-то пришибленности и неловкости не сразу, только тогда, когда штурман на практике стал объяснять основные приемы владения клинком — выпады, переводы, батманы, захваты.

На скамейке у двери моего подъезда сидел Цапля, задрав ногу на ногу. Я хотел сделать вид, что не заметил его, и свернул в сторону от своего дома, но меня заставил обернуться короткий приглушенный свист. Напуганные воробьи засуетились на карнизах подоконников, не зная, срываться им с места или нет. Но, заключив, что этот свист не похож на мяуканье кошки, они заметно успокоились. Взъерошенные, каждую секунду готовые взлететь, они снова занялись своими нехитрыми делами.

Я неохотно подошел к скамье.

— Час почти жду, — недовольно сморщил веснушчатое лицо Цапля. — Идем. Колобок с Сергуном дожидаются в лесу на нашем месте.

— Ладно. Только портфель домой заброшу.

В лесу, за пустырем, на небольшой квадратной поляне под могучей мохнатой сосной возвышался кое-как сколоченный трон, сооруженный из разбитой давеча скамьи. На нем с чувством собственной значительности, выпятив нижнюю челюсть, восседал главарь вагантов Колобок. Рядом на пеньке пристроился Сергун.

— Наконец-то! Хэлло, Джонни! — расплылся Колобок в улыбке. — Как наш стратегический план? Ты должен был обыграть нескольких главных мушкетеров, чтобы они попали к тебе в зависимость. Как? Удалось?

— Нет, — я опустил глаза. — Ничего не вышло. Они не такие. Даже играть не стали.

— Вот-вот! Я же говорил — чистоплюи! — с праведным негодованием воскликнул Колобок, взбрыкнув своими короткими ножками. — А поднажать ты на них не пробовал?

— И не пытался. Бесполезно. К тому же, принят я в мушкетеры с испытательным сроком. В любой момент могут вышибить. И так, наверно, уже заподозрили.

— Худо, Джонни! Может, тебе уйти от них? Чего зря время терять?

— Я не теряю. Там ведь не скучные собрания, а настоящие спортивные занятия.

— Ага! Может, тебе с ними интереснее, чем с нами?! — язвительно спросил Цапля, впившись в меня своими бесцветными водянистыми глазами.

— Что вы! Нет! — испуганно солгал я, опять посетовав про себя, что у меня не длинные волосы. — Нельзя же бросать начатое! Правда, вряд ли что выгорит. Меня, наверно, уже расшифровали.