– Фигня, не последний день живем, – сказал Рэмбо. – Будет еще на нашей улице праздник. Лучше скажи, зачем у твоих гоблинов столько стволов? Давай начистоту, Вова. Перетрем прямо сейчас и закроем эту тему.

– Давай перетрем, раз уж карта легла, – ухмыльнулся Кассиус. – О моих претензиях к Индейцу и вашей команде ты знаешь. И я от них не отказываюсь. Я в курсе твоих проблем в Коми. Такая информация распространяется быстро. И сразу хочу сказать – к покушению на тебя и ликвидации твоих пацанов в Сыктывкаре я никакого отношения не имею. Хотя мог бы реально решить разом все вопросы…

– Мог, Вова, мог, – кивнул Невский. – Только мой тебе совет – угомонись. Хочешь идти в политику – флаг в руки. Только не жри больше, чем можешь, а то подавишься. Я, в отличие от других шакалов, у братвы кусок изо рта не вырываю, работаю по понятиям. Только с барыгами. Со своими барыгами. Мною же прикрученными. Чужого мне не надо. Но и за свое кровное горло любому перегрызу. И ты это отлично знаешь, Кассиус. Не первый год знакомы. Я – на свободе. И я – не Антоха Индеец… земля ему пухом… и тем более не Сокол. Со мной варианты с наездами не пройдут. То есть наехать, конечно, можно. Только отдача замучает. Хочешь часть доли – вначале убей всех. До одного. Если сможешь.

– Ша! – взмахнув руками, взорвался Вован. – Я сказал – о наших терках потом побазарим! Орел, бля. Ультиматумы и я ставить могу, как два пальца! Повторяю, сегодня наши дела здесь ни при чем. Позавчера у меня другая проблема нарисовалась.

– Поэтому твои все при волынах? – помолчав, тихо спросил Рэмбо. Кассиус угрюмо кивнул. – Тогда рассказывай, раз начал. Может, решим твою проблему. Общими силами. А уж потом между собой расклад закроем…

– Ладно, слушай, – помедлив, начал боксер. – Позавчера вечером ко мне в офис, в Полюстрово, письмо пришло. Заказное. Отправлено с Главпочтамта. Отпечатано на принтере. Без подписи. Какой-то ублюдок требует перевести на кодированный счет в банке на Каймановых островах пятьсот тонн баксов. Иначе грозится каждый день присылать мне по одной голове.

– Какой голове? – по спине Влада холодной волной пробежали мурашки. Конечно, он сразу понял, какой. Спросил чисто машинально.

– По голове одного из моих пацанов! – взорвался бригадир, вскочил с нар и начал туда-сюда ходить по тесной камере. – Я вначале просто поржал, не принял всерьез. Мало ли уродов. Но через час после получения письма раздался звонок по телефону. Голос был изменен. Знаешь, есть такие специальные электронные накладки на микрофон… Короче, эта падла мне предложила забрать посылочку из камеры хранения на Витебском вокзале. Назвал номер ячейки, код, похихикал так гнусно и трубку бросил. Тогда я сразу понял, что это – не шутка… Послал пацанов. Те вернулись с запечатанной скотчем со всех сторон коробкой.

Внутри, в пластиковом пакете, лежала отрезанная голова Захара. Был у меня такой боец. Нормальный пацан…

– И? Сегодня последовало продолжение? – дернув щекой предположил Влад.

– Да, – дрогнувшим голосом подтвердил Вован. Лоб его покрылся крупными бисеринками пота, поблескивающими в тусклом свете висящей под потолком лампочки. – В обед он снова позвонил. И назвал номер другой ячейки. Уже на Московском. Там… там была голова Джафдета. А Джафдет не зеленый пацан был! Под ним десять бойцов! У него коричневый пояс по карате! Он пальцами книги рвал и монеты гнул!.