— Каждый, кто наблюдает за поместьем, — повторила Кортни. — Другими словами, вы думаете, что за Пембурном следят.

— Да.

— А кто?

Граф с горечью усмехнулся:

— Тот самый человек, чья семья следила за нами и осуждала нас многие поколения, с того самого момента, как начались поиски этого проклятого бриллианта.

— Бенкрофты? Вы имеете в виду эту семью?

— Да, если у кого и есть повод пронзить меня кинжалом, так это у Лоуренса Бенкрофта, нынешнего графа Морленда. Ненависть засела в нем глубже, чем можно себе представить.

— Настолько глубоко, чтобы инсценировать похищение и досадить вам.

— Не только досадить, — пояснил Слейд. — Но и расстроить мои планы, перехитрить, унизить меня и украсть сокровище, которое он считает своим. Сокровище, которое сейчас находится у Морленда, если моя догадка верна.

Тяжесть в голове у Кортни нарастала по мере того, как ослабевало действие лекарства.

— Что вы будете делать? — спросила она, непроизвольно прижимаясь к Слейду.

— То, что моя семья не делала в течение последних шестидесяти лет отправлюсь в Морленд. Навещу эту пьяную змею. И если он действительно является вдохновителем этого гнусного плана, то разоблачу негодяя.

Граф посмотрел на Кортни и приподнял ее поникшую головку.

— Может, дать еще лекарства?

— Нет, пожалуйста. Я не хочу спать. Когда я сплю, кошмары возвращаются. Кроме того, у меня мысли путаются после лекарства. А я хочу подумать над тем, что вы только что сказали. — Она отчаянно старалась превозмочь боль, пульсирующую в висках. — Если то, что вы говорите, правда и граф Морленд нанял того проклятого пирата, чтобы захватить папин корабль, тогда он должен знать, как вернуть бриллиант.

— Я тоже так считаю, — нахмурился Слейд. — Ты уверена, что можешь продолжать этот разговор? Видно, что тебе очень больно.

— Уверена. Пожалуйста, милорд, мне нужно думать, разговаривать. Хотя бы немного. Когда боль станет нестерпимой, я выпью лекарство. Но не сейчас.

Лорд Пембурн кивнул, гладя ее по волосам.

— Как хочешь.

К удивлению Кортни, граф не попытался отпустить ее. Вместо этого он приподнял девушку, поглаживая по затылку, и прижал ее щеку к своему жилету.

— Так лучше?

— Да, спасибо. — По правде говоря, это было просто замечательно. Граф обнял Кортни своей сильной рукой, и она почувствовала облегчение — удивительное ощущение покоя охватило ее. Даже сломанные ребра уже не так беспокоили девушку.

— Они исчезнут, ты знаешь.

Слова его не сразу дошли до сознания девушки.

— Кто?

— Кошмары. Они не будут длиться вечно. Постепенно ослабнут, станут не такими яркими и частыми. Наконец, только изредка будут посещать тебя. И неожиданно ты обнаружишь, что страшные сны отступают. Они больше не будут довлеть над тобой. И ты снова начнешь жить.

— Надеюсь, вы правы, — вздохнула Кортни.

— Да. — Он заколебался. — Мисс Джонсон, прежде чем продолжить наш разговор, я хотел бы попросить вас об одном одолжении.

— Одолжении? — В ее тоне прозвучала ирония. — Вы спасли мне жизнь, привезли в свой дом и теперь оказываете помощь и сочувствие, пробуждаете надежду. Вы можете просить обо всем, что угодно. И пожалуйста, — тихо добавила она, — называйте меня Кортни, как несколько минут назад.